Михаил Минаков
Украинский ученый-философ, работающий в области политической философии, политической теории и истории современности
Philosophy
5 мин. на чтение

ФИЛОСОФСКИЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ Михаила Минакова: Теория мысли и немыслия

ФИЛОСОФСКИЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ Михаила Минакова: «Идеология - это эхо умерших, которое контролирует судьбу живых»
Поделиться материалом

Философская мысль часто попадает в ситуацию противоречия с самой собою. Иногда эта противоречивость достигает значения гносеологической пропасти.

Этим летом я организовал небольшой философский семинар и выбрал для него знаковое место – рядом с сельским домиком, расположенном в Тодтнауберге, глухой немецкой провинции Шварцвальда, в котором жил и работал Мартин Хайдеггер. Вместе с аспирантами из Фрейбургского и Базельского университетов мы читали, пожалуй, самый важный текст Хайдеггера – «О событии» (Zum Erignis).

Чтение этой книги именно в этом месте неожиданно прояснило, почему националисты и консерваторы всех мастей видят в философии Хайдеггера «своего», находя в нем философское подтверждение своей правоты. Эта местность очень похожа на украинское Прикарпатье. Тут проживают крестьяне – ревностные католики, в закрытых от внешнего мира сообществах, не допускающих ни малейшего покушения на традиции.

Вот в такой среде – закрытой и консервативной – Хайдеггер жил, размышлял и создавал многие свои тексты. Он мог поселиться где угодно, но сознательно выбрал именно это место. Естественно, он – нераскаявшийся член НСДАП и автор «ректорских речей» — находился далеко не в либеральном настроении, когда писал здесь свои работы.

Однако, это не вся правда. Потому что, с одной стороны он, как человек, безусловно, был крайне консервативно настроен. А с другой, как радикальный философ (настолько радикальный, что в момент написания «О событии» даже называл себя не философом, но онтотеологом), он говорил от имени бытия. Даже среди верящих в «кровь и почву», он был «шпионом бытия», диссидентом.

Эта книга, в которой Хайдеггер размышляет о том, что такое «событие» и насколько культура, язык и человек важны бытию, была закончена в 1938-м году. В заключительных главах книги, который мы выбрали для анализа на семинаре, присутствуют как бы два Хайдеггера одновременно — свободный философ и шаман своего племени. И эти два человека борются между собой на грани мысли и немыслия.

Национал-консерваторы хотят видеть в Хайдеггере, одном из важнейших мыслителей 20 века, апостола своей идеологии. Они предпочитают не замечать эту тяжелейшую борьбу, в которой находит выражение трагедия современной философии.

К сожалению, подобные идеологические ограничения мысли становятся все более популярны и в странах Восточной Европы, сужая территорию мысли и расширяя зону немыслия, затягивая в последнюю все больше философских факультетов. Но, важно отметить, что реабилитация национал-консерватизма в философии это – путь периферийный. Школы свободной, рациональной философии по-прежнему сильны в Германии, Италии, Франции и США. А вот мысль все сильнее оказывается под давлением властей в поясах авторитаризма (от Анкары до Москвы и Минска) и иллиберализма (от Таллина до Будапешта и Софии).

Чтобы создать философскую альтернативу этим тенденциям, мы с коллегами организовали коммуникационную платформу Koine.Community, где звучат голоса философов разных поколений и разных стран. Это Виктор Малахов из Израиля, Дмитрий Горин из Москвы, киевлянин Вячеслав Цыба и другие.

Это философы, которые пытаются говорить с восточноевропейскими народами о важных вещах — свободе, справедливости, солидарности и человечности. Это как раз те темы, которые национал-консервативные идеологии, возникшие на постсоветском пространстве и пытающиеся дискурсивно контролировать философские сообщества, игнорируют.

В России и Беларуси этот идеологический крен наметился уже к концу 1990-х – в первой под влиянием Чеченских войн, а во второй из-за специфики несменяемости власти.

До войны на Донбассе Украина была вполне комфортной территорией для свободной философской мысли. Однако война внесла свои коррективы: она травмирует мышление и вырабатывает токсин несвободы, который подпитывает национал-консервативную идеологию. Складывается впечатление, что теоретик интегрального национализма Дмитрий Донцов и большевик-контроллер советских интеллектуалов Андрей Жданов каким-то мистическим образом встретились и слились воедино в Киеве 2015 года. И их алхимический союз до сих пор влияет на мысль в Украине.

Историк современности Георгий Касьянов одним из первых заметил, что в Украину возвращается идеократия. Донцовская индоктринация политических институтов и государственных структур нанесла тяжелый удар по свободе мысли и слова, по гражданственному духу, конституционному патриотизму. И нам еще только предстоит понять, насколько глубоко это ударило по украинскому обществу.

В феврале я проехал с презентацией своей новой книжки «Диалектика просвещения в Восточной Европе» по нескольким городам запада и востока Украины. И практически везде, в конце презентации коллеги мне задавали один и тот же вопрос: «А вы не боитесь об этом говорить?»

На новом витке истории к нам опять вернулась самоцензура. Я чувствовал страх, который сковывал университетские аудитории, хотя 2019 год сильно поменял практики властей и университарии должны были бы почувствовать больше свободы. Но, к сожалению, этого пока не случилось.

Возможно, это закономерный итог истории наших университетов, которые создавались, за редким исключением, не бизнесом, не городскими общинами, не церковью, а государством. Для интеллектуального здоровья украинского общества крайне важно вернуть свободу мысли и дискуссий.

Давайте вспомним, что в 1991 году Украинская республика была результатом политической и интеллектуальной свободы. Отказ от свободы подрывает основания нашей Республики.

Поделиться материалом

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Получайте свежие статьи

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: