Зоя Никитюк
Журналист, блогер
Liberal Arts
5 мин. на чтение

Я НЕ ВЕРНУСЬ В УКРАИНУ: почему менеджер из Горловки выбрал эмиграцию

Я НЕ ВЕРНУСЬ В УКРАИНУ: почему менеджер из Горловки выбрал эмиграцию
Поделиться материалом
Арт-оформление: Olena Burdeina (FA_Photo) via Photoshop

 

Шесть миллионов украинцев спасаются от войны за пределами Украины. Из них чуть больше четырех — в странах Евросоюза. Об этом рассказывала ученый-демограф Элла Либанова. И каждый год пребывания за границей не в пользу возвращения домой.

Уже сейчас многие из тех, кто выехал, не планируют возвращаться после завершения боевых действий. Почему? У каждого свои причины, обиды и прогнозы относительно будущего страны.

Huxleў публикует истории героев, которые уехали и вернулись, а также тех, кто не планирует возвращаться в Украину.

 

ЧЕЛОВЕК — СЛОВНО ВИНОГРАДНЫЙ КУСТ

 

Дмитрий Моцик (фамилия и имя по просьбе героя изменены), 39 лет, выезжал из Киевской области. Родился в Горловке Донецкой области. С марта 2023 года живет в Швейцарии.

То, как полномасштабное вторжение разбросало всю семью в первую неделю, — еще тот сериал. Жена с дочкой за неделю до 24-го поехали по делам в Одессу, сын со своей мамой — в Египет, мои родители после оккупации Горловки в 2014 году все там оставили и переехали в село между Изюмом и Святогорском.

Когда все это началось, у нас не было ни плана, ни сбережений. Но при первой возможности жена с дочкой выехали за границу – две недели прожили у незнакомых людей в Румынии, потом в Австрии, которая им не понравилась, и наконец добрались до Швейцарии. Я приехал в Одессу, потому что теща-инвалид нуждалась в уходе. Здесь помогал переселенцам, военным и удаленно работал на киевскую компанию.

Когда в апреле вернулся в арендованную квартиру на Киевщине, у подъезда стояла только моя машина, а в доме светилось лишь несколько окон. Очень контрастировало с Одессой, где в то время не так сильно ощущалась война, были открыты магазины, кафе. Впоследствии уговорил родителей уехать, уже на следующий день в селе начались обстрелы.

Два месяца не мог привести их в чувство, потому что во второй раз все сначала — оставили пасеку, собственноручно высаженный сад, курятник, огород, то, благодаря чему сами себя обеспечивали. Сейчас родители живут на Полтавщине, и снова все с нуля… Жить на западе страны не захотели — хотели быть ближе к родным местам.

Выезд людей девять лет назад и в прошлом году — разные истории. Тогда никакие фонды с гуманитаркой не помогали, могли переселенцам только машину поцарапать, зеркала отбить, гадость написать или квартиру не сдать. Но и в 2022-м без историй не обошлось. Помню, пришли с мамой на рынок, она от чего-то «чекнула», и продавец сразу прокомментировал: «О, чокає вона! Лугандони понаприїхали».

До декабря 2022-го вообще не планировал выезд. Но потом начал смотреть на ситуацию реально — война завтра не закончится, бизнес жены пришлось закрыть, расстояние на отношения влияет не положительно. Кроме того, сменилось руководство и стало требовать пребывания в офисе.

Каждый раз меня останавливали на блокпосту и минут двадцать, учитывая мою горловскую прописку, тянулось: «Дайте телефон. А кто у вас в Горловке живет? А кого вы там знаете?» Несмотря на то, что на фото в паспорте я в вышиванке, а в родном городе последний раз был в 2014 году.

Все это происходило в не слишком приятной форме и очень утомляло. Кроме того, понимал, что я — человек без дома. Мне что в Украине начинать сначала, что за рубежом. Выбрал второй вариант.

 

Вступая в клуб друзей Huxleў, Вы поддерживаете философию, науку и искусство

 

Весной этого года приехал в Швейцарию. Использовав легальную возможность, на сбор документов потратил три месяца. Это было мое первое путешествие в Европу. Сначала думал, что ненадолго — вот-вот все завершится, летом будем в Крыму. Потом понял: хватит цепляться за прошлое, время жить сейчас. Так легче адаптироваться, находить новых знакомых, любимые места.

У меня был неплохой английский, а вот необходимый здесь французский — нулевой. Поэтому занимался на курсах по четыре часа ежедневно. Сейчас уже имею базовый уровень. Швейцарцы очень ценят, когда узнают, что это мой четвертый язык. И никогда своим землякам в грубой форме не скажут, что ты какой-то неполноценный швейцарец, потому что говоришь на французском, а не на немецком. В Украине же наоборот.

Я допускаю, что могу вернуться в Украину. Но для моей семьи это не лучший вариант, только если здесь вообще не сложится. Сын с восторгом посещает школу, где интересная методика преподавания, а труд учителей хорошо оплачивается.

Кстати, его учительница знает четыре иностранных языка. Импонирует, что кем бы ты ни работал, тебя будут уважать. Ко мне здесь вообще лучше отношение, чем в родной стране. Поскольку много путешествуем по Швейцарии, видим, как красиво везде, куда бы ни приехал. У нас же — отъехал от Киева на 80 километров, и спальные села без инфраструктуры.

Кайфую от их долгосрочного планирования, которое дисциплинирует. Например, через неделю после завершения учебного года у сына уже было расписание на следующий, даты каникул. Если не предупредил врача об отмене приема вовремя, получишь штраф в 60 франков.

Есть интересный момент с отношением правых швейцарцев к России. Войну не поддерживают, но с россиянами работают и, наверное, будут работать. В их понимании Россия пошла против Штатов — империи, разносящей по всему миру войны и эмигрантские кризисы, которые приходится разгребать европейским странам.

К чему не могу привыкнуть? К огурцам с уксусом и к тому, что везде, даже в кафе, от души высмаркивают нос. Если серьезно, то есть над чем работать в сфере услуг. Нелегко найти работу — знаю историю девушки, которая отправила более 600 резюме, прежде чем устроилась. А профессор бизнес-школы рассказывал мне, что вряд ли нашел бы что-то, отправив менее 150 запросов.

Откровенно говоря, мы во многом Швейцарию опережаем. Нам просто нужно, чтобы законы работали на всех уровнях, идти своим путем, и все! Хотя понимаю, что той мощи, которую имела Украина, будет трудно достичь в ближайшие 10–15 лет.

Ностальгирую ли? Понимаю, что все, по чему скучаю, неизменным остается только в моей памяти. И что человек может прижиться везде. Это как наш семейный виноград. В Горловке его сажал еще мой дедушка, потом родители пересадили куст в селе, откуда выезжали в прошлом году.

А следующей весной отец хочет вернуться туда, выкопать виноград и посадить уже в своем дворе на Полтавщине. Надеюсь, село к тому времени разминируют. И виноград со временем будет плодоносить.

 

Я НЕ ВЕРНУСЬ В УКРАИНУ: почему основательница IT-компании выбрала эмиграцию

 


При копировании материалов размещайте активную ссылку на www.huxley.media
Вступая в клуб друзей Huxleў, Вы поддерживаете философию, науку и искусство
Поделиться материалом

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Получайте свежие статьи

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: