Андрей Костюченко
Liberal Arts
6 мин. на чтение

КО ДНЮ РОЖДЕНИЯ ОСТАПА ВИШНИ: практика очищения смехом

КО ДНЮ РОЖДЕНИЯ ОСТАПА ВИШНИ: практика очищения смехом
Поделиться материалом
Источник фото: bbc.com

 

Наверное, сегодня как никогда важны размышления о том, каким должно быть отношение писателя к реальности, уместны ли сегодня сатира и смех, и какими им быть. Выдающийся украинский юморист Остап Вишня более полувека назад на эти вопросы ответил.

 

Вспоминается впечатление от первой встречи с ним где-то весной сорок четвертого в недавно освобожденном от фашистов Киеве. Худенький, тихий, вроде как стыдливый человек в потертом пальтеце подал руку, сказал, отвечая на какой-то вопрос, что ему придется познакомиться с современной украинской литературой, и неспеша пошел к дому по улице Ленина — там он недавно получил квартиру.

 

А я стоял, задумавшись, охваченный странным чувством, — как-то не вязалось с этим скромным образом памятное с детских лет представление о могучем смехаче, о таком не то Тарасе Бульбе, не то Гаргантюа украинского народного юмора, всевластном повелителе стихии трубного, раскатистого «запорожского» смеха, того самого, что было слышно, как известно, аж на другом берегу Черного моря

 

Леонид Новиченко, украинский литературовед, литературный критик, профессор, действительный член Академии наук УССР

 

ТРУДНОЕ ДЕТСТВО

 

Родился Остап Вишня (Павел Михайлович Губенко) 13 ноября (1-го по старому стилю) 1889 года в городке Грунь (хутор Чечва) на Полтавщине (ныне Охтырский район Сумской области) в крестьянской семье. Спустя каких-то шестьдесят лет после такого события он не без лукавства запишет в дневнике:

 

Я, такий собі Павлуша, селянський син, бігав без штанів по Груні на Полтавщині (недалеко Чернеччина, недалеко Охтирщина, отам, де Монастирщина), бігав, швиряв картоплю, драв горобців, била мене мати віником і навіть горнятками череп’яними кидала в голову. Спасибі матері!

 

Родители его были простыми людьми и прожили они дружной семьей, как пишет Остап Вишня в «Моей автобиографии» (1927), двадцать пять лет. И было у них семнадцать детей. Отец работал приказчиком у помещицы фон Грот. Дети в семье Губенко с малых лет приучались работать, знали и нищету, и безденежье, особенно после смерти отца в 1909-м. Однако выдержали. Старшие помогали младшим в прохождении всех «классов» крестьянской жизни. И с юмором побеждали неудачи и лишения. Писатель вспоминает об этом с теплой усмешкой:    

— Сколько это уже прошло, детки, как помер наш отец?

— Так уже, мамо, лет десять.

Задумается глубоко мама и скажет:

— Это было бы у вас еще братьев и сестер штук шестеро. А у меня всего было бы деток… Сколько, деточки?

— Двадцять трое, мамо…

— Эге ж. Двадцять трое… Ох-хо-хо! Пускай царствует покойничек!

 

КО ДНЮ РОЖДЕНИЯ ОСТАПА ВИШНИ: практика очищения смехом
Остап Вишня, 1920-е годы / wikipedia.org

 

ВРАЧЕБНАЯ ПРАКТИКА

 

К учебе в семье относились серьезно. За три года Павел окончил начальную школу, после чего отец отдал его в двухклассную школу в городке Зиньков. Как шутил писатель, он не воспользовался случаем свернуть к «неоклассицизму», мол, надо много читать — Горация, Вергилия, Овидия и других «Гомеров», в то время как обычному писателю ничего не надо читать, а пиши, да и только!

Зиньковскую школу Павел окончил в 1903 году, получив свидетельство, дававшее право занять должность почтово-телеграфного чиновника. Но куда там, ведь ему на тот момент «тринадцятий минало»! Павлу хотелось в Глухов, в учительскую семинарию. Только не было на это денег. И мать повезла Павлика в Киев, в военно-фельдшерскую школу. Здесь он учился за «казенные» деньги, как сын отставного унтер-солдата.

Окончив школу в 1907 году, Губенко работал фельдшером вплоть до 1917-го — сначала в армии, а после в хирургическом отделении больницы Юго-Западной железной дороги, в Киеве, на Соломенке. Он не собирался посвящать свою жизнь медицине, но человеком был ответственным и однажды во время ночного дежурства прооперировал парня с тяжелым ранением.

Павел сам настоял на операции, а помогал ему в этом Коломийченко, в будущем известный хирург.

 
ЛИТЕРАТУРНЫЕ ИСКАНИЯ И МЕЦЕНАТСТВО

 

В 1917 году Павел Губенко поступил на историко-филологический факультет Киевского университета. Далее в биографии писателя были и Центральная Рада, и Святая София (в Софийском соборе проходили политические акции) и, наконец, Каменец-Подольский, где он оказался осенью 1918-го.

Во времена гражданской войны, когда недолгое правление Скоропадского сменилось разгулом деникинцев, много украинских интеллигентов, спасаясь от репрессий, рванули подальше от Киева — в Каменец-Подольский. Почему именно туда — до сих пор остается загадкой.

В судьбе Остапа Вишни такое краткосрочное пребывание на Подольщине сыграло фатальную роль — туда же, в Каменец-Подольский, перекочевала петлюровская Директория. А в глазах советской власти, которая вскоре укрепилась в Украине, одно только сосуществование на одной территории с тем «режимом» было преступлением.

Вот почему Остап Вишня в «Моей автобиографии» практически замолчал этот свой период жизни. Но именно в Каменец-Подольском и началась его литературная деятельность.

В начале ноября 1919 года на страницах каменец-подольских газет «Народна воля» и «Трудова громада» были опубликованы фельетоны молодого юмориста Павла Губенко под псевдонимом Павел Грунский, всего 21 публикация за неполных два месяца. Газеты были эсеровскими.

По возвращении в Киев в 1920 году Губенко арестовали, но после тщательного изучения содержания произведений отпустили. А с апреля следующего года он начал работать в газете «Вісті ВУЦВК», писал по фельетону в день. А еще устроился на должность секретаря редакции газеты «Селянська правда». А еще редактировал новый сатирический журнал «Красный перец», где размещал и свои труды.

Важным в жизни Вишни также было меценатство. Он ходил на премьеры во многих театрах города, не пропускал отечественных кинофильмов, посещал вернисажи, принимал участие в диспутах по искусству. Когда в театре тяжело заболевал актер, Вишня шел в отдел соцобеспечения или в Красный Крест и добывал путевку в санаторий, он также одалживал (без возврата, естественно) бедствующим работникам деньги.

Возможно, феномен Остапа Вишни в том, что он не думал о высоких целях искусства, а просто спокойно творил шедевры.

 

КО ДНЮ РОЖДЕНИЯ ОСТАПА ВИШНИ: практика очищения смехом
Остап Вишня с супругой Варварой Маслюченко / zn.ua

 

УДАЧНЫЙ ВЗЛЕТ И МАРК ТВЕН

 

Впервые фельетон, подписанный псевдонимом Остап Вишня, появился в газете «Селянська правда» 22 июля 1921 года. Именно эту дату можно считать началом стремительного взлета украинского юмориста на вершины писательства, завоевание такой армии понимающих читателей, о которой можно было только мечтать.

В 1923 году вышла первая книга Остапа Вишни, издание по замыслу оригинальное. Называлась она «Сельскохозяйственная пропаганда». Авторов было двое: Марк Твен и Остап Вишня. В сборник вошли классический рассказ Марка Твена «Как я был редактором сельскохозяйственного журнала» и несколько юморесок Остапа Вишни.

Дебют Остапа Вишни получился символичным. Оба — Марк Твен и начинающий Остап были первоклассными газетчиками, оба из газет и журналов шагнули в большую литературу, обоим выпало стоять рядом в мировом храме мастеров смеха.

Географию переездов и перелетов Остапа Вишни можно изучать, исходя из тематики самих произведений. Съездил в село Пасеки на Харьковщине (1923) — вышли «Вишневі усмішки сільські», месяц отдохнул в Крыму, в Симеизе (май-июнь 1924-го), — тут вам и «Вишневі усмішки кримські» (1925), лечился в Германии — привез уникальную книжку «Вишневі усмішки закордонні» (1930).

Выступая на всеукраинском собрании писателей-юмористов в редакции журнала «Красный перец», Остап Вишня сказал по поводу подражаний с присущим ему юмором:

 

Часом мене під бік штовхають. Отой й отой під ваш стиль пише — наслідує… Не згоден. Кожен із присутніх іде своєю власною літературною стежкою. Має свій стиль, свою манеру письма. Мало того, що ми всі вживаємо: «По правді береш? Щоб тобі по такій правді і очі рогом вилізли!» Значить, не цураємося народного вислову. В кінці скажу: наслідувати можна тільки одно: по паризькому фасону задом крутити!

 

А ЛЮДИ-ТО ЧИТАЮТ!

 

Начиная с 1924 года произведения Остапа Вишни становятся сверхпопулярными. Издатели наперебой выпускали по десять-пятнадцать книг ежегодно. Некоторые из них выходили по пять-шесть раз. Рекордным стал год 1929-й — в Украине вышло двадцать восемь книжек юмориста(!!!).

Каждое издательство стремилось призвать Остапа Вишню к сотрудничеству. Говорят, в 20-е годы ни один журнал или газета не могли обойтись без публикаций Остапа Вишни.

«В реальной жизни он не был похож на того неисчерпаемого в комичных выдумках рассказчика, который буйно «роскошествовал» в его произведениях. Не был ни балагуром, ни веселым, «разговорить» его можно было разве что в компании двух-трех человек, к кому он испытывал искреннее доверие…» — находим у Леонида Новиченко.

 

Вступая в клуб друзей Huxleў, Вы поддерживаете философию, науку и искусство

 

ОТ СЛАВЫ ДО ТЮРЬМЫ ОДИН ШАГ

 

В начале 30-х годов прошлого века Остап Вишня был одним из самых любимых писателей в Украине. Это было время взлета украинского литературного слова… И тут в обществе что-то поменялось далеко не в лучшую сторону.

В 1930 году некий Полторацкий со страниц журнала «Нова генерація», в статье под названим «Що таке Остап Вишня» отметил, что творчество автора «Усмішок» несет «воинственный антикультурный характер», что над остротами юмориста «наиболее подходит смеяться тем, кто цинично подхихикивает над советской властью и видит в ней только распущенность, скотство, а также тем, кто издевается над социализмом».

Правда, тогда еще обошлось. Остапа Вишню в 1932-м выдвинули во Всесоюзный оргкомитет подготовки съезда советских писателей, а чуть позже избрали главой правления Литфонда и членом редколлегии «Литературной газеты»…

И вот наступил декабрь 1933-го. Словно кошмарный сон. Остап Вишня был репрессирован. За контрреволюционную деятельность… Обвинение было ложным, но…

Почти десять лет, до конца 1943 года, он находился под Воркутой, в Ухте. При этом продолжал творить. В 1934-м написал 22 публицистических портрета людей из Ухтинского лагеря — «Материалы к истории Ухтинской экспедиции»… Написал на русском языке, чтобы все поняли…

 

КО ДНЮ РОЖДЕНИЯ ОСТАПА ВИШНИ: практика очищения смехом
Остап Вишня — узник Ухтпечлага (Ухтинско-Печорского исправительно-трудового лагеря) / zn.ua

 

НОВЫЙ ЭТАП

 

В конце 1943 года Остап Вишня неожиданно оказался на воле. По чьему приказу — неизвестно. Его должны были расстрелять и перевозили в другой лагерь, условия навигации на Печоре были паршивыми, и он с двумя конвоирами надолго застрял в пути. А когда за полгода добрался до нового места, ситуация изменилась — сняли Ежова, вслед за ним — все руководство лагеря. А вновь назначенное начальство то ли не знало о предыдущих распоряжениях, то ли аннулировало их…

Далее все произошло по непонятному сценарию. Его переодели во все «чистое», подкормили и отправили в Москву. Там, в Бутырке, прошел медицинско-кулинарный курс подготовки к выходу в люди, а 3 декабря 1943 года по решению НКВД Остап Вишня вышел на свободу.

Он вернулся в Киев. Тут ему дали квартиру, и он сразу включился в работу опубликовал в газете «Радянська Україна» юмореску «Зенітка» (1944). Ее читали на радио, она с успехом «побывала» на фронте. С нее начался второй период литературной деятельности Остапа Вишни. Он стал сотрудничать с журналом «Перець», объехал с выступлениями Харьков, западные области Украины и Буковину.

В то же время много переводил — от его пера не спрятались Н. Гоголь, А. Чехов, Марк Твен, Я. Гашек и др.

 

ЮМОР ПРЕВЫШЕ ВСЕГО

 

Особенной любовью у читателей пользовались «Мисливські усмішки» Остапа Вишни. Герои рассказиков этого цикла — охотники (неудачники и фантазеры). Это охотники на базарную «дичь», бесстрашные ловцы тигра с помощью молотка, храбрецы, охотящиеся на секача, сидя на дереве с закрытыми глазами, а также подобные им любители поговорить о подвигах на охоте. Они, как и барон Мюнхгаузен, необычайно правдивы. Есть среди героев невиданные снайперы («Та що мені картуз? Пятака підкинь! Піря з твого пятака посиплеться!»).

Остап Вишня писал о том, что хорошо знал, — смолоду был охотником. Компанию ему составляли коллеги — поэт Максим Рыльский и писатель Петр Дорошко.

«Мисливські усмішки» по жанру явление уникальное в литературе. Это своеобразный синтез народного анекдота и пейзажной лирики в прозе. Остап Вишня был украинским народным юмористом в полном понимании этого слова: и темами, и сюжетами, и образами, и способами комизма в этом причина его популярности.

 

КО ДНЮ РОЖДЕНИЯ ОСТАПА ВИШНИ: практика очищения смехом
Остап Вишня со своим спаниелем Гаем / zn.ua

 

Он, пожалуй, один из немногих гениев нашей послевоенной литературы, кто при жизни не был удостоен ни одной официальной награды. Однажды Вишня записал в дневнике, что наивысший гонорар для него — веселый блеск в глазах народа.

Остап Вишня — украинец до мозга костей. А его произведения — шедевр украинской национальной культуры. И просто перевести их на другие языки, сохранив при этом колорит, — невозможно. Это и возводит его в ранг гениев.

Его читали миллионы, его живой голос слышали десятки тысяч. И он знал, что народ его любит. Автора любили и за океаном — в Канаде, в Соединенных Штатах Америки — читали его на протяжении 35 лет десятки тысяч украинцев. Еще за неделю до смерти он выступал перед читателями в Каховке.

Умер Остап Вишня 28 сентября 1956-го в Киеве. Похоронен на Байковом кладбище в Киеве.

 

…Їдете ви компанією, тобто колективом, так — чоловіка з п’ять, бо дика качка любить іти в супову каструлю з-під колективної праці…

…Дика качка любить убиватись тихими-тихими вечорами, коли сонце вже сковзнулося з вечірнього пруга, минуло криваво-багряний горизонт, послало вам останній золотий привіт і пішло спать…

 

Остап Вишня. «Як варити і їсти суп з дикої качки»

 

 


При копировании материалов размещайте активную ссылку на www.huxley.media

Вступая в клуб друзей Huxleў, Вы поддерживаете философию, науку и искусство
Поделиться материалом

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Получайте свежие статьи

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: