Анна Кико
Автор: Анна Кико
Cyberiada
7 мин. на чтение

КОНКУРС ФАНТАСТИЧЕСКОГО РАССКАЗА «КИБЕРИАДА-2021»: «ПРЫЖОК В ВЕЧНОСТЬ»

КОНКУРС ФАНТАСТИЧЕСКОГО РАССКАЗА «КИБЕРИАДА-2021»: «ИНЦИДЕНТ»
Поделиться материалом
Всеволод Швайба. Внутренние дворы III. 2020

 

Редакция Huxleў продолжает международный конкурс фантастического рассказа, и сегодня мы публикуем очередное произведение из отобранных для участия в конкурсе «Кибериада-2021»

УСЛОВИЯ КОНКУРСА:

  • Принимаются рассказы на русском языке объемом до 22000 знаков с пробелами
  • К участию в конкурсе допускаются ранее не публиковавшиеся рассказы
  • Рассказы не рецензируются
  • От одного автора принимается один рассказ
  • Страна проживания автора значения не имеет
  • Рассказы проходят предварительный отбор редакцией на соответствие правилам
  • Выбор победителей осуществляет открытое жюри
  • Кроме рассказа, победившего в конкурсе, к печати могут быть отобраны произведения других авторов
  • Прием рассказов продолжается до 01.11.2021
  • Результаты будут объявлены 15.01.2022

Рассказы отправляйте на почту editor@huxley.media

 


 

Боря часто ходил по этой тропинке, но ни разу не замечал затерянную между стволами деревьев скамейку. В другой раз он прошел бы мимо, но сегодня после четырех часов охоты на белку у него разболелись ноги. Парень устало опустился на влажную древесину и достал из рюкзака блокнот. По памяти набросал силуэт белки. Затем потянулся к телефону, открыл фотоальбом и проверил, правильно ли он уловил наклон головы, изгиб передней лапы и угол, под которым был загнут хвост.

Получилось идеально! Не зря он пролежал на затхлой листве два с половиной часа, наблюдая за тем, как белка таскает в дупло орехи. Новое чучело получится великолепным! Наконец коллеги из Музея естествознания оценят его талант таксидермиста по достоинству. Может быть, даже отправят учиться в Лондон!

Боря вспомнил экземпляр, который он сделал в первый месяц работы в музее. Это была лиса, выглядевшая ничем не лучше «упоротого лиса», ставшего вирусным интернет-мемом десять лет назад. Парень улыбнулся, вспоминая жалкое рыжие создание, которое сидело на ягодицах, скрестив задние лапы и воззрившись на мир стеклянными глазами. Его лиса лежала на четырех лапах, но выглядела такой же жалкой пародией на живое существо, как и произведение британской таксидермистки Адель Морзе.

Если бы Боря жил в Лондоне, подобное видение могли бы принять за «произведение искусства» или «авторскую интерпретацию». Его даже можно было бы продать за 330 фунтов стерлингов на eBay, как это сделала Адель. Однако в его стране это был «неликвид». Так что на этот раз Боря намеревался сделать «ликвид».

Дорисовывая мелкие ворсинки на спине грызуна, Боря погрузился в воспоминания. Все детство по ночам он слушал грохот грузовиков за окном. Порой к нему примешивался писк домашней живности да хруст костей. Однажды грузовик сбил Пятныша — помесь овчарки и далматинца.

Это было довольно странное создание. Его белая шкура с черными пятнами чем-то напоминала Борину кожу: смуглую, со светлыми пигментными пятнами. Сельские собаки облаивали Пятныша за непохожесть на них, сельские дети издевались над Борей по той же причине. Неудивительно, что Боря и Пятныш подружились.

Когда Боря нашел друга мертвым на обочине, то рыдал всю ночь напролет. На следующий день он попытался оживить пса. Приставил к его меху дефибриллятор, сделанный из двух маминых утюгов, клал тело собаки в миску с водой и бросал туда включенный фен. На просьбу родителей похоронить собаку, кричал «Нет» и закрывался с трупом в своей комнате. Через три дня отец вышиб дверь детской, оттолкнув Борю так сильно, что расквасил ему нос, выгреб тело Пятныша из-под кровати и вынес его прочь.

— Ну и вонь! — бросил отец, отправляясь хоронить собаку в навозной куче.

Последующие годы Боря провел в сельской библиотеке, где стоял единственный на все село компьютер с доступом к интернету. Когда парень увидел фотографии чучел животных, он сильно пожалел, что не додумался снять с Пятныша шкуру. Может с навсегда застывшим в статической позе псом он не чувствовал бы себя таким застывшим и мертвым внутри?

Вернувшись в реальность из воспоминаний, Боря нацарапал карандашом на скамейке: «Прости меня, Пятныш», бросил телефон в рюкзак и ушел. На скамейке остался лежать блокнот с рисунком белки.

***

Тая уселась на скамейку и сняла протез с ноги. Он отсоединился от коленной чашечки со звуком тяжелого вздоха. Несколько минут девушка искала слот для подзарядки. Скамейка была так искусно отделана под старину, что разъема не было видно. Ей пришлось включить поиск в глазной линзе, чтобы найти деревяшку размером с ладонь. Отодвинув ее, Тая вставила в слот верхнюю часть протеза. Тот замигал зеленым светом.

Девушка облегченно вздохнула: если бы не эта скамейка, пришлось бы ей тащить на себе двадцать килограммов железа до самого дома. И почему она зашла так далеко в этот искусственный пластиково-резиновый лес с химическим запахом хвои? Какого черта поперлась сюда без запасного аккумулятора для протеза и провела здесь свой единственный выходной?

Тая знала ответ. Вот уже несколько месяцев она проводила в Музее воспоминаний, оформленном в виде искусственного леса. Ходила между набитыми пенопластом экспонатами, вместо скелета у которых имелся металлический каркас, а вместо глаз — стеклянные бусины. Дольше всего она стояла возле экспоната белки, застывшего в вечном прыжке между ветвями.

Спина напряжена, хвост вздыбился, лапы вытянуты, взгляд сосредоточен. Разглядывая чучело, Тая не могла отделаться от мысли, будто подсматривает прыжок живой белки, остановленный в моменте. Ее завораживал взгляд этого экспоната: животное точно знало, что допрыгнет до ветки. А вот Тая не знала, доживет ли до следующего года.

Ее тело умирало по частям. Все началось со среднего пальца левой ноги, который отрезали, а затем заменили на протез. Через месяц мутирующий вирус поднялся до щиколотки и отгрыз ступню. Год назад врач удалил отмершее колено. Недавнее просвечивание показало, что скоро придется менять всю ногу.

Тая вздохнула и провела рукой по скамейке. Поверхность была необычной на ощупь, шершавой и влажной. Такого материала она раньше не встречала. Это что, дерево? Тая присмотрелась к скамейке и вскрикнула. Действительно, дерево! Девушка включила линзу, и в правом глазу высветилось изображение ели. Офигеть!

Не успев опомниться, Тая заметила вещь, похожую на планшет. Взяла ее в руки, открыла. Наткнулась на предмет, подобный стилусу, и изображение белки. Та же поза, тот самый уверенный взгляд! Тая изучила скамейку сантиметр за сантиметром, пока не нашла надпись: «Прости меня, Пятныш». Дрожащими руками девушка взяла тонкий предмет и вывела рядом: «Кто такой Пятныш?» Далее тем же предметом нарисовала на чистой странице свой протез. Оставила блокнот на скамейке, вставила протез на место и ушла.

***

И как он мог забыть блокнот! До начала конференции осталось две недели, а ему еще надо собрать каркас, залить его жидким быстросохнущим пенопластом, разморозить труп белки, снять с нее шкуру, замочить ее на несколько дней в химикатах и ​​стиральном порошке, высушить, а затем осторожно, чтобы не порвать, натянуть кожу на каркас. На это уйдет неделя, не меньше. Еще несколько дней он потратит на изготовление глаз и усов, не менее трех уйдет на укладку и окрашивание меха, еще день — на то, чтобы вставить когти и зубы.

Проклятая белка! Гораздо легче работать с птицами или рыбами. Но в том и состоит план: сделать самое трудное, чтобы быть достойным представлять музей на мировом уровне! Боря должен справиться, не зря же он годами собирал у дорог сбитых собак, ежей и котов и даровал им вторую жизнь! Лучшую жизнь. Бессмертие.

Именно в этом деле Боря понял, что смерть — это только начало. После остановки дыхания в мертвом теле расцветает жизнь. Бактерии в кишечнике начинают похотливую оргию, умножая себя миллионами, к ним присоединяются личинки и черви. Праздник длится от месяца до года, в зависимости от размера животного, пока от него не остаются одни кости, когти и зубы.

Боря подошел к лавке и взял в руки блокнот. Что-то было не так. Он развернул блокнот и уставился на изображение железной ноги. Присмотрелся внимательнее к деталям и обомлел от пластичности железа и опрятности металлических пальчиков. И кто же это сделал?

Парень начал рассматривать лавку, пока не увидел новую надпись: «Кто такой Пятныш?» Боря облизал засохшие губы и написал внизу: «Пятныш — это мой пес». Затем сделал подробный рисунок белой собаки с черными пятнами в блокноте, оставил его на скамейке и ушел.

Когда Боря вернулся на следующий день, он увидел новую надпись: «Какой он на ощупь?» и подробный рисунок протеза в разрезе. Рисунок он изучил так подробно, что каждая деталь запечатлелась в памяти. Затем быстро написал на скамейке «Пушистый», немного подумал и достал из кармана клочок волчьей шкуры.

Люди считали Борю фриком из-за того, что он собирал и хранил подобные вещи. В рюкзаке парня всегда было полно кошачьих клыков, собачьих когтей и лисьих хвостов, а полки и ящики его комнаты были забиты сушеными рыбьими головами, скелетами животных и крыльями птиц.

Боря изобразил в блокноте волка и накрыл его кусочком серого меха. Оставил тетрадь на скамейке и заторопился в музей, где его ждал каркас белки.

***

Тая схватила блокнот, нашла рисунок волка и зачарованно провела пальцем по меху. Было щекотно и так приятно, что на мгновение она перестала чувствовать боль в колене. Обезболивающее ускоряло мутацию вируса, поэтому она нажимала на синюю кнопку на протезе как можно реже. Иногда ей удавалось прожить без лекарства целый день, но ночью боль терзала ее плоть так неистово, как, должно быть, когда-то этот волк разрывал плоть оленя.

Девушка нарисовала схему крепления протеза к обнаженной кости и положила блокнот на скамейку. Немного подумала, раскрыла блокнот и забрала мех. Затем вывела на древесине: «Надеюсь, ты не обидишься».

Ночью, когда боль вгрызалась в ее колено, Тая ласкала серый мех и представляла, что рядом лежит целый, вполне живой волк. Она проспала всю ночь и ни разу не нажала на синюю кнопку.

***

Под глазами у Бори проступили синяки, и теперь он походил на ожившее чучело енота. День он проводил в лесу, а ночью работал в музее, по памяти воспроизводя рисунки в блокноте. Металлические протезы белки выходили примитивными, по сравнению с теми, что рисовал для него таинственный незнакомец, но были непревзойденными для современной таксидермии.

Через месяц на международной конференции Борина белка пошатнула устоявшийся научный мир, разнося в пух и прах напыщенные выражения на физиономиях любителей мертвечины. Боря стал знаменитостью и получил приглашение пройти обучение в Лондонском музее естествознания.

Однако парень никуда не поехал. Каждый день он приходил к скамейке в лесу, куда приносил частицы животных, а затем — целые чучела. Впервые в жизни Боря не чувствовал себя одиноким. Все чаще в его груди мурлыкало ожившее чучело счастья.

***

Вирус до сих пор был в ней. Тая чувствовала его присутствие, но что-то не давало ему продвигаться выше по ее телу. Каждый день девушка приходила в искусственный лес, садилась на скамейку и читала новое сообщение. Затем подолгу рассматривала рисунки животных, гладила меха бобров, сусликов и кротов.

Однажды между листьями блокнота она нашла чучело мыши и спала с ним в обнимку всю ночь. Через год на кровати Таи сидели щенок, кот, еж, лиса и куница. Пока девушка спала, стеклянные глаза животных пристально всматривались в темноту.

***

Еще никогда Боря не чувствовал себя таким живым. Каждый день он прибегал к скамейке и искал новые надписи. Он узнал имя девушки, которая их оставляла, но так и не смог увидеть ее. Он рисовал существ, о которых спрашивала Тая, и писал на скамейке слова «теплая лапа», «шелковистые перья», «влажный нос».

Затем пожирал глазами рисунки невероятных металлических устройств, которые Тая рисовала ему в ответ. Вот ее новая рука, это бедро, вот так теперь выглядят ее живот и плечо. Это гибкая металлическая шея, а это — нос. Вот разрез стеклянного глаза…

Однажды Боря написал на единственно оставшемся чистом участке древесины: «У меня сейчас 2022-й год. Я стою посреди леса, полного белок, ежей и дятлов. Под моими ногами шуршит листва и потрескивают иглы елей, надо мной шумят деревья».

Через день он прочитал: «У меня 2202-й год. Я стою посреди искусственного леса, где нет ничего живого. Шум моих шагов гасит резиновое покрытие, надо мной трещат пластмассовые листья. Они будут здесь завтра и целую вечность. Моя же вечность скоро закончится».

«Как я могу помочь?»

«Расскажи, почему твоя белка уверена, что допрыгнет до ветки?»

«Она никогда не допрыгнет. Но вера помогает ей совершить прыжок в вечность».

«Вечный прыжок существует только для белок?»

«Думаю, где-то на небе есть таксидермисты, которые останавливают нашу вечность в лучший для нас момент».

«Спасибо. Мне тоже жаль Пятныша».

Боря приходил к скамейке еще долго, но новых надписей на ней и рисунков в блокноте больше не было.

Вступая в клуб друзей Huxleў, Вы поддерживаете философию, науку и искусство
Поделиться материалом

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Получайте свежие статьи
Понравилась статья?Подпишитесь на обновления и моментально узнавайте о выходе новых материалов!
Уже уходите?Не забудьте подписаться на обновления и моментально узнавайте о выходе новых материалов!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: