Huxleў
Автор: Huxleў
© Huxleў – альманах о философии, бизнесе, искусстве и науке.
Philosophy
5 мин. на чтение

КОРНИ «РУССКОГО МИРА», ИЛИ РАССУЖДЕНИЯ ПО МОТИВАМ «ВОСТОЧНОЙ ДЕСПОТИИ» ВИТТФОГЕЛЯ

КОРНИ «РУССКОГО МИРА», ИЛИ РАССУЖДЕНИЯ ПО МОТИВАМ «ВОСТОЧНОЙ ДЕСПОТИИ» ВИТТФОГЕЛЯ
Поделиться материалом
Источник фото: Родни Смит. Швейцар. Парк-авеню, Нью-Йорк. Нью-Йорк, 1971 год / rodneysmith.com

 

В 1957 году немецкий историк, бывший марксист, разочаровавшийся в идеях коммунизма, Карл Виттфогель издает работу под названием «Восточный деспотизм». Эта книга основана на изучении архивов Карла Маркса, где была представлена малоизвестная по итогу идея Маркса об «азиатском способе производства».

Трудно сказать, по какой причине Маркс не стал разрабатывать эту концепцию далее. А вот Карл Виттфогель заинтересовался ею, стал изучать ее последствия, что и привело его к полной утрате веры в коммунизм.

Каковы же основные идеи этой работы? «Азиатский способ производства» возникает не просто при наличии общин с коллективной собственностью за землю, а в тех условиях, когда эти общины вынуждены объединить свой труд для строительства крупных ирригационных сооружений. Такие общества Виттфогель именует «гидравлическими».

Организация гидравлических работ и мобилизация членов общины для их осуществления ведут к возникновению деспотического правления. Бюрократия создающейся таким путем «восточной деспотии» становится господствующим классом во главе с правителем-деспотом.

«Гидравлическое общество» — не рабовладельческое, ибо основную массу непосредственных производителей составляют не рабы, а общинники. Это и не феодальное общество — феодалы подчиняются монарху на определенных условиях и в определенных пределах, тогда как власть восточного деспота над его вельможами и бюрократами так же безгранична, как и над всеми другими подданными.

И уж тем более «гидравлическое общество» — не капиталистическое: «восточного капитализма» как специфической формы не существует. И Виттфогель обнаруживает неприятное для него сходство с социалистическими государствами — прежде всего с Советским Союзом.

Виттфогель крайне неохотно приравнивал СССР к «восточной деспотии». И дело не столько в том, что он пытался защищать идеалы социализма — нет, историка в нем постигло глубокое разочарование. Дело было в другом — в первую очередь в том, что СССР был индустриальным образованием, никак не связанным с аграрным архаическим обществом. Признать это означало признание того, что суть «восточной деспотии» вовсе не в ее «гидравлическом» характере, который оказывался лишь частной формой тирании. 

Тогда — в чем же фундамент «восточной деспотии»? Египет, Китай периода Цинь Шихуана и т. д. Что в них общего? Гипотеза состоит в том, что их сходной чертой является мобилизационный характер производства (не суть важно какого — аграрного или индустриального).

 

Вступая в клуб друзей Huxleў, Вы поддерживаете философию, науку и искусство

 

Экономист Сеймур Харрис определил мобилизационную экономику как использование ресурсов для противодействия угрозе существования страны и этноса в целом. Так вот, мобилизационная экономика при необходимости формирует особый тип власти — не управленческий (власть как менеджмент), а директивный. Иными словами — власть как средство не регулирования, а принуждения для обеспечения единого ответа общества на угрозы.

Самое «интересное» выясняется далее. Директивная власть не подразумевает обратной связи — грубо говоря, в период опасностей нет времени и места для дискуссий (греческая агора в такой ситуации невозможна в принципе). В перспективе власть отрывается от реальности, а точнее — непрерывно воссоздает ситуацию угрозы — для того чтобы воспроизводить себя.

Иными словами, исходно мобилизационная экономика порождает директивную власть, единственной задачей которой становится воспроизведение и расширение себя. И уже не власть обслуживает, регулирует общество, а общество начинает обслуживать власть. Такая власть стремится быть абсолютной — она не регулируется никакими законами, никем не контролируется со стороны общества.

Бюрократия «восточной деспотии» — не бюрократия в привычном смысле, она удерживает власть как частную собственность. Обществу тут не принадлежит ничего: никакой республики — общей собственности тут нет и быть не может. Общество формируется исключительно как инструмент служения и подчинения власти.

Что любопытно — любая демократия в перспективе мобилизационной «восточной деспотии» — не то что невозможна, а абсурдна, поскольку с железной неизбежностью приводит к подтверждению и укреплению директивной власти. Соответственно — изнутри «восточная деспотия» принципиально нереформируема!

Теперь перейдем к «русскому миру». Обратите внимание, насколько ярко проявилась «восточная деспотия» еще при правлении Ивана Грозного. Ни в одной стране Европы (и не только) — не было такой патологической структуры общества: опричнина — стоящая над законом, по сути, власть «дикого поля» и полностью бесправная «земщина».

И вот эта структура упрямо воспроизводится в России, независимо от того, в какой форме она существовала и существует — Российская ли империя, СССР или нынешняя РФ. На самом деле, весь опыт «восточных деспотий» в концентрированной форме воплотился в «русском мире», который, соответственно, не может быть иным, кроме как мобилизационным и тоталитарным.

Разумеется, доведенная до предела тоталитарная власть «русского мира» (его ядро, в сущности) обречена на саморазрушение, поэтому время от времени в нем запускаются процессы, подобные НЭПу или перестройке. Важно лишь помнить, что это временные передышки, накопление сил для возвращения к привычной «восточной деспотии».

Вступая в клуб друзей Huxleў, Вы поддерживаете философию, науку и искусство
Поделиться материалом

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Получайте свежие статьи
Уже уходите?Не забудьте подписаться на обновления и моментально узнавайте о выходе новых материалов!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: