Huxleў
Автор: Huxleў
© Huxleў – альманах о философии, бизнесе, искусстве и науке.
Liberal Arts
5 мин. на чтение

МИСТИКА ПАЦИФИЗМА: человек, который предотвратил ядерную войну

МИСТИКА ПАЦИФИЗМА: человек, который предотвратил ядерную войну
Поделиться материалом
Автор фото: Томас Лойтхард / flickr.com

 

В истории человечества случаются мистические даты. Пожалуй, одной из таких дат является 1982 год. Это был год смерти генерального секретаря КПСС Леонида Брежнева — многими это событие воспринималось символически: как завершение эпохи застоя. Но одновременно было и предчувствие каких-то глобальных перемен, которые вот-вот наступят и изменят весь мир.

В СССР, в США, да и во многих других странах миллионы людей вдруг, не сговариваясь, захотели жить по-другому. Они устали от бесконечной ядерной гонки и холодной войны. У движения за ликвидацию ядерного оружия и мирное сосуществование двух систем были свои герои.

Многие из них, такие как академик Андрей Сахаров, например, всем хорошо знакомы. Но мы хотим рассказать о малоизвестных, однако не менее значимых личностях, без которых в 1982 году пацифистское движение не достигло бы своего пика.

 

ЧТО ОБЩЕГО У ПАЦИФИЗМА, СЕКСА И ЯДЕРНОГО ОРУЖИЯ?

 

Многим памятна фраза «У нас секса нет!», прозвучавшая на одном из телемостов США — СССР, которые были популярны в эпоху перестройки, объявленной первым и последним президентом Советского Союза Михаилом Горбачевым.

Дети в СССР рождались регулярно, однако секса по умолчанию не было. Повышенное внимание к телесности считалось приметой разврата, характерного исключительно для разлагающегося капиталистического Запада. Примерно так же обстояли дела и с ядерным оружием.

В СССР его было много, им гордились не меньше, чем самым лучшим в мире балетом или самым большим объемом выплавки чугуна. Естественно, что в отношении ядерного оружия без классической советской гигантомании тоже не обошлось.

Самая большая за всю историю человечества ядерная бомба была взорвана в 1961 году над архипелагом Новая Земля в Северном Ледовитом океане. А по количеству ядерных боеголовок Россия до сих пор превосходит США.

При этом идеология всячески укрепляла в советских гражданах уверенность, что от страны с самым гуманным общественным строем ядерная угроза исходить не может: СССР лишь добивается паритета, чтобы защитить себя перед агрессивным Западом.

Граждане, стоявшие на позициях пацифизма и не делавшие различия между смертоносным арсеналом обеих сторон, считались весьма подозрительными и подвергались преследованиям как антисоциальные и антисоветские элементы. Впрочем, с наказанием за пацифизм дело обстояло не лучше, чем с сексом и ядерной угрозой.

Дело в том, что ни один из уголовных кодексов союзных республик не предусматривал наказание за пропаганду пацифизма — не было нигде такой статьи. Тем не менее набор статей, по которым пацифисты подвергались уголовному преследованию, существовал.

И причем довольно изобретательный и разнообразный: «тунеядство», «злостное хулиганство», «антисоветская агитация и пропаганда», «клевета на государственный и общественный строй». Именно по ним были осуждены деятели таких пацифистских организаций, как «Группа за установление доверия между СССР и США» и «Свободная инициатива».

 

ДОВЕРИЕ, НЕСОВМЕСТИМОЕ С СОВЕТСКИМИ ЦЕННОСТЯМИ

 

На создание «Группы доверия» в 1982 году советское государство отреагировало очень жестко. До начала перестройки оставалось примерно пять лет, до развала СССР — девять. Что лишний раз подтверждает правило: самая непроглядная тьма сгущается перед рассветом.

Группа из одиннадцати человек, в которую вошли математики, физики, инженеры, художник и врач, организовала пресс-конференцию для иностранных журналистов, аккредитованных в СССР. Понятно, что ни в одном государственном учреждении такое мероприятие провести было невозможно, поэтому оно состоялось на частной московской квартире, где и было обнародовано обращение к правительствам и общественности СССР и США.

Также письма с текстом обращения получили Советский комитет защиты мира и Президиум Верховного Совета СССР. Советское руководство и пресса его проигнорировали. Зато у западных журналистов и пацифистских организаций оно вызвало огромный резонанс.

В первую очередь потому, что деятельность группы носила интерактивный характер — она обратилась к людям с призывом присылать практические предложения, которые помогут остановить гонку вооружений и наладить доверительные отношений между Востоком и Западом. Предложения тщательно анализировались, из них участники группы отбирали, по их мнению, наиболее эффективные.

После этого их оформляли в виде письменных обращений, под ними собирались подписи граждан. А уже дальше копии рассылались в советские и иностранные издания, а также в органы государственной власти.

Казалось бы, что здесь крамольного? Какую угрозу государственному строю мог нести пацифизм такого рода?

Между тем он интерпретировался советскими властями как клевета на государственный строй, потому что между строк как бы усматривал одинаковую угрозу миру со стороны обеих ядерных сверхдержав и призывал их договариваться и доверять друг другу. Но ведь враг придуман исключительно для того, чтобы убивать и побеждать его. 

Призыв доверять врагу — это махровая антисоветчина и подрыв основ. Кроме того, получалось, что народная дипломатия группы конкурировала с дипломатией официальной. Позволить же народу такую безнаказанную «отсебятину» социалистическое государство, где источником власти официально считался народ, никак не могло.

 

МЫ ГОВОРИМ «ХИППИ», ПОДРАЗУМЕВАЕМ «ПСИХ»

 

Впрочем, формально предъявить претензии «Группе за установление доверия между СССР и США» было сложно. Слишком уж ее члены были на виду и боролись за явно хорошее в глазах миллионов людей дело. Посадить человека за пацифистскую позицию было нельзя, зато объявить миротворца сумасшедшим и отправить в психушку было вполне во вкусе советской репрессивной машины. 

И все же вероятность того, что одиннадцать человек могут одновременно сойти с ума на почве восстановления добрых отношений между Америкой и Союзом, была невелика. Мировое общественное мнение таким образом обмануть было невозможно. Поэтому в дурдом принудительно отправили не всех, некоторые пошли по уже упомянутым выше статьям. 

В психиатрическую лечебницу неоднократно попадали также Юрий Попов и Сергей Троянский — лидеры пацифистской группы «Свободная инициатива». По совместительству они являлись одними из самых известных в СССР хиппи. К диссидентам себя не относили и даже принципиально от них дистанцировались.

Издавали журналы, писали стихи, публиковали анархические манифесты, устраивали перформансы. Проповедовали любовь и свободу, не видя в жизни особого смысла, если в ней нет Джона Леннона, наркотиков и анархического начала.

То есть это были довольно безобидные деятели культурного андеграунда, хотя и осуждающие войну в Афганистане. Подобно тому, как их заокеанские коллеги осуждали войну во Вьетнаме. А вот «антиафганские» настроения как раз и являлись уже недопустимой и ярко выраженной антисоветской позицией.

1982 год стал знаковым и для этой пацифисткой группы, у которой тогда же появился свой манифест. Его идеи были во многом сходны с манифестом «Группы доверия». 

Начиная с этого года, каждого 1 июня (дата считалась неформальным днем рождения советских хиппи) в одном из московских парков они организовывали мирные антивоенные собрания хиппарей-анархистов. Нередко подобные мероприятия заканчивались милицейскими облавами и арестами.

 

Вступая в клуб друзей Huxleў, Вы поддерживаете философию, науку и искусство

 

ЧЕЛОВЕЧЕСТВО СПОСОБНО СПРАВИТЬСЯ С ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНОЙ УГРОЗОЙ

 

Не только в СССР, но и на капиталистическом Западе 1982 год тоже выдался особым.

В Нью-Йорке состоялась самая массовая за всю мировую историю демонстрация против ядерного оружия. В антиядерном протесте приняли участие свыше 1 миллиона американцев. Согласитесь, что такое количество людей распределить по психушкам не по силам ни одному государству.

Ни до, ни после пацифистские выступления не достигали такого масштаба. Хотя еще с конца 70-х на улицы американских и европейских городов под антиядерными лозунгами выходили сотни тысяч людей. Иногда такие митинги заканчивались столкновениями с полицией.

Немаловажную роль сыграл и тот факт, что примерно к началу тех же 70-х между СССР и США был достигнут паритет в вопросе стратегических ядерных вооружений. Бессмысленность дальнейшей гонки стала очевидной как простым людям, так и руководителям ядерных держав. Разрядка международной напряженности стала в мире темой номер один.

Особенно усилилось общественное неприятие ядерного оружия и ядерной энергетики после того, как в 1986 году произошла катастрофа на Чернобыльской АЭС. Последовавшие за этим событием протесты заставили пересмотреть политику в области ядерной энергетики такие страны, как Германия, Италия, Испания, Норвегия, Австралия, Австрия, Дания, Греция, Малайзия, Новая Зеландия и др. 

Интересно, что инерция тех событий до сих пор продолжает работать: сегодня в мире закрывается больше АЭС, чем открывается. Это дает надежду на то, что народы мира все же могут выступить единым фронтом, чтобы сообща ликвидировать нависшую над ними экзистенциальную угрозу.

Если получилось с атомными электростанциями, то почему рано или поздно не проделать то же самое в отношении ядерного оружия? Ведь бессмысленность и преступность ядерного шантажа сегодня не менее очевидны, в чем в 70-е или 80-е годы.

Поэтому вполне справедливо, что государства, которые практикуют ядерный шантаж в XXI веке, должны быть подвергнуты международной изоляции, широкому общественному осуждению и жестким экономическим санкциям.

 

У САМОГО КРАЯ ЯДЕРНОЙ БЕЗДНЫ

 

Изучение истории пацифистских движений наводит на мысль, что их пик пришелся на 1982 год неслучайно. Как будто миллионы людей предчувствовали, что мир находится в шаге от необратимой ядерной катастрофы. И уже в следующем году выяснилось, что это действительно так — впервые за всю историю ядерной гонки человечество так близко подошло к самому краю пропасти.

26 сентября 1983 года в 0:15 компьютер, установленный на командном пункте системы предупреждения о ракетном нападении в подмосковном Серпухово-15, сообщил, что США запустили баллистическую ракету по Советскому Союзу.

Интересно, что эта компьютерная система была довольно современной и новой. Вероятно, это можно считать мистическим совпадением, но ее смонтировали и поставили на боевое дежурство в самом конце рокового 1982 года.

Когда на экране загорелись большие красные буквы СТАРТ, дежурный офицер, подполковник Станислав Петров, должен был по инструкции доложить об этом начальству, у которого оставалось не более 28 минут на принятие решения об ответном ударе. У самого Петрова на это было максимум 15 минут.

Нарушив инструкции, он доложил наверх не об атаке, а о том, что компьютер дал сбой. К этому выводу он пришел, логически рассудив, что если бы США решились на ядерную атаку, то пуск ракет произошел бы с нескольких баз. Дальнейшее разбирательство подтвердило правоту Петрова: компьютер считал свет, отраженный от облаков, как пуск ракеты.

Происшествие мгновенно засекретили. Станислава допрашивали и не давали спать трое суток, после чего, вконец измученного, отпустили домой. Оказавшись дома, он за минуту распил бутылку водки вместе со своим товарищем — таким же офицером, который находился в 2 км от него, на такой же позиции, и по приказу должен был нажать кнопку для ответного удара.

После этого пережившие невероятный стресс офицеры проспали 28 часов подряд.

 

ПОДВИГ, О КОТОРОМ ОДНИ ПОМНЯТ, А ДРУГИЕ ПОСТАРАЛИСЬ ЗАБЫТЬ

 

А дальше была советская проза жизни. Руководство СССР не стало нарушать традиций: да, благодаря Петрову мир чудом избежал ядерной войны, но никакого подвига не было! Поэтому сперва Петрова хотели наградить, но потом передумали, и вместо поощрения он получил выговор за неправильное ведение боевого журнала.

В стране, где пацифизм считался преступлением, предотвращение ядерной войны было ожидаемо интерпретировано не как подвиг, а как должностное нарушение. Но как бы там ни было, миру в любом случае очень повезло, что именно Петров дежурил на пульте в этот день. Хотя и не должен был — ему пришлось заменять другого, внезапно заболевшего офицера.

Неизвестно, усматривал ли в этой случайности, будучи глубоко верующим православным человеком, Петров промысел Божий, но он признавал, что действительно оказался нужным человеком в нужном месте. В 90-х историю наконец рассекретили. В 2006 году в штаб-квартире ООН Станиславу Петрову вручили статуэтку с надписью «Человеку, который предотвратил ядерную войну».

На Западе о нем снимали фильмы, писали статьи и книги, его удостаивали престижных премий, его историю использовали при создании компьютерных игр. Джордж Роджер Уотерс из группы Pink Floyd посвятил ему свою песню.

Некоторые пацифистские организации даже отмечают 26 сентября как «Петров день» — день чудесного спасения человечества от, казалось бы, неминуемой гибели.

И только в нынешней России о подполковнике Петрове предпочли забыть.

В стране, заявляющей о готовности первой применить ядерное оружие с таким цинизмом, которого не позволял себе даже СССР, он фигура непопулярная. Даже в подмосковном Фрязино, где долгие годы жил и в 2017 году скончался Станислав Петров, вы не обнаружите памяти о его «тихом подвиге»: ни улицы, названной в его честь, ни памятника, ни мемориальной доски.  

 


При копировании материалов размещайте активную ссылку на www.huxley.media

Вступая в клуб друзей Huxleў, Вы поддерживаете философию, науку и искусство
Поделиться материалом

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Получайте свежие статьи

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: