Huxley
Автор: Huxley
© Huxley — альманах о философии, бизнесе, искусстве и науке
Liberal ArtsPhilosophy
5 мин. на чтение

Как варвар с берегов Днепра стал «звездой» античной философии

Как варвар с берегов Днепра стал «звездой» античной философии
Поделиться материалом
Арт-оформление: huxley.media via DALL·E 3&Photoshop

 

Античная философия ассоциируется у нас с Древней Грецией. А вот о философской традиции в Северном Причерноморье, на территории современной Украины, известно намного меньше. Связана она в первую очередь с именем Анахарсиса — единственного негреческого философа, включенного Платоном в рейтинг 7 великих мудрецов. Как «идеальному мудрецу», ему приписывали изобретение гончарного круга, якоря и кувшина. Но нас будет интересовать другое: миропонимание, которое привнес в философию скиф Анахарсис.

 

НЕПРИДУМАННЫЙ МУДРЕЦ

 

Фигура Анахарсиса настолько необычна, что некоторые отказываются считать философа историческим персонажем. Дескать, его придумали в III–I вв. до н. э. киники для пропаганды своих идей. Варвар Анахарсис был для них символом природной мудрости человека, который избежал разлагающего влияния цивилизации. Однако вряд ли скифский философ был выдумкой.

Он не оставил объемных трудов, но его цитируют в 70 античных произведениях, в том числе Платон и Аристотель. Геродот писал о нем как о реальном лице. И вряд ли греки, смотревшие на варваров свысока, почитали бы Анахарсиса без всяких оснований. Чтобы получить статус одного из родоначальников философии, варвар должен быть фигурой исключительной.

 

ЯЗЫК И ГРАЖДАСТВО — ПУСТОЙ ЗВУК!

 

Даже Геродот высокомерно утверждал, что кроме Анахарсиса у скифов нет выдающихся людей. Анахарсис удивлял афинян варварским акцентом и негреческим взглядом на мир. Когда некий эллин укорял его скифским происхождением, Анахарсис ответил: «Мой позор — отечество, а ты — позор отечества». О «качестве» человека свидетельствуют его мысли и дела, а не штамп в паспорте.

Для афинян, которые судили о людях по формальным признакам, в первую очередь по наличию гражданства, эта идея была революционной. В пример им он ставил спартанцев — они тоже плохо говорили по-аттически, но прославились великими делами. Среди эллинов только спартанцами не овладела маниакальная жажда всезнайства, поэтому с ними возможно вести разумную беседу.

 

НЕЭЛЛИНСКАЯ МУДРОСТЬ

 

Часть высказываний Анахарсиса могла быть ему приписана. Но нельзя отрицать, что их характер выдает в нем представителя другой цивилизации и ментальности. «Дикарь» Анахарсис высмеивает обычаи «культурных» эллинов: пристрастие к соревнованиям и вину, демократию и законодательство, денежную систему и пантеон богов. Нехарактерен для греков и взгляд на жизнь как на наказание.

У Анахарсиса можно расслышать отголоски орфических учений, которые, вероятно, пришли к грекам откуда-то с севера. По крайней мере, на родине Анахарсиса, в Северном Причерноморье, археологи находили костяные дощечки с орфическими текстами. Сегодня реконструировать философскую систему Анахарсиса непросто, но ее влияние на греческую философскую мысль очевидно: его испытали киники, стоики, софисты, Платон и Аристотель.

 

ВЕЛИКАЯ СКИФИЯ

 

Влияние скифской мысли на греческую логично вытекает из значения степной скифской цивилизации. Греческие колонии в Северном Причерноморье являлись зоной интенсивного контакта эллинов и скифов. Первых интересовало зерно, кожи, соленая рыба и оружие. Вторых — вино, ремесленные изделия и предметы роскоши. Скифы были конгломератом ираноязычных племен, обитавших на огромной территории: от Дуная до Сибири, от Черного моря и Каспия почти до Египта и Индии.

Уже во 2–1 тыс. до н. э. здесь проживало до 10% населения Земли. В эпоху Анахарсиса, около 650 г. до н. э., при царе Арианте, численность скифов оценивается от 6 до 13 млн человек. Скифия имела крупные города типа Гелона, описанного у Геродота, и обладала большой военной и экономической мощью.

 

Вступая в клуб друзей Huxley, Вы поддерживаете философию, науку и искусство

 

СКИФСКИЙ ПРИНЦ, КОЛЛЕГА БУДДЫ

 

Анахарсис принадлежал к могущественной династии скифских царей. Отцом его был царь Гнур, дедом — царь Лик, прадедом — правитель Спаргапиф. По некоторым сведениям, языку Эллады его обучила мать-гречанка. Что повлияло на решение принца отказаться от своего социального статуса и отправиться в далекую Грецию? Самый привлекательный для нас ответ: любовь к мудрости. Кстати, примерно тогда же о смысле жизни задумался еще один принц — Сиддхартха Гаутама, будущий Будда.

Видимо, реалии «осевого» времени, как назвал его Карл Ясперс, стимулировали потомков славных воинов сменить меч железный на меч духовный. Но не будем забывать, что во все времена представители царских династий не принадлежали самим себе. Возможно, путешествие изначально имело целью дипломатию и разведку. Не зря же к эллинам юношу отправили по инициативе отца. Но Анахарсис, имя которого переводят как «глас неба», действительно обладал незаурядным умом, и все пошло не по плану…

 

ЗАТКНУЛ ЗА ПОЯС САМОГО СОЛОНА

 

Традиция подобных «командировок» существовала и ранее. Если верить Лукиану Самосатскому, скиф Токсарис незадолго до Анахарсиса снискал в Афинах славу целителя. Из скифов комплектовали рыночную стражу. Но у эллинов чужеземцы редко вызывали симпатию. Даже такой «продвинутый» мудрец и законодатель, как Солон, пришедший к власти в 594 г. до н. э., считал их людьми второго сорта.

Приехав в античный мегаполис, Анахарсис сразу же отправился к дому архонта. Но тот отказался с ним встретиться, передав через раба, что дружбу каждый должен завязывать на своей родине. Однако скиф не растерялся и передал ответ: не желает ли Солон последовать своему правилу и завести друга, раз он находится у себя на родине? Так варвар перемудрил эллина, и изумленный Солон сделался лучшим другом Анахарсиса.

 

ПРИРОДА ВЫШЕ ЗАКОНА

 

Анахарсиса явно тянуло к себе подобным. Диоген Лаэртский поведал о его встрече с еще одним из 7 мудрецов — Мисоном. Скиф заинтересовался им после того, как пифия в Дельфах сообщила, что только Мисон превосходит его мудростью. Их судьбы и отношение к жизни были чем-то похожи. Сын тирана Стримона Мисон избрал самую простую жизнь — философа-пахаря, который трудился на земле как простолюдин.

Вот в этом добровольном самоограничении, отсечении от себя всего случайного, и берет начало философская традиция, на вершину которой поднимутся киники и стоики. В диалогах с лидийским царем Крезом Анахарсис утверждает приоритет природного начала над человеческими законами.

Дикое животное у него оказывается справедливее, свободнее и мудрее человека. Солону, который гордился своими законами, Анахарсис говорил: «Закон похож на паутину: слабый запутается, а сильный прорвет; или на канат, натянутый поперек дороги: маленький под него пролезет, а большой его перешагнет».

 

ЦИВИЛИЗАЦИЯ АБСУРДА

 

По мнению философа, греки живут в мире абсурда: осуждают драки, а сами рукоплещут борцам на состязаниях; осуждают обман, а сами устраивают рынки, где обманывают друг друга; на народных собраниях вносят предложения люди умные, а обсуждают и утверждают их глупцы. Анахарсис осуждал излишества — они разрушают человека и общество, порождая зависть, вражду и алчность. Даже боги у греков делят мир: одному небо, другому море, третьему подземное царство.

А делить землю, подражая богам, начали уже сами эллины. То ли дело скифы: каждый довольствуется малым и никому не завидует. В разговоре с баснописцем Эзопом философ объясняет, почему живет в повозке и странствует по земле, как солнце по небу: солнце — единственное свободное и самодостаточное божество, оно парит над землей и никому не подвластно.

 

ЧУЖОЙ СРЕДИ СВОИХ

 

За пределами Скифии Анахарсис прожил около 30 лет. За это время он посетил Афины, Лесбос, Фивы, Коринф, Фокиду, Беотию, Сицилию, Египет, Персию. Преклоняясь перед его мудростью, Анахарсиса сделали членом Ареопага — честь неслыханная для чужестранца! Когда Солон скончался в 559 г. до н. э., Анахарсис вернулся на родину. Но теперь уже в Скифии его приняли как чужака, обвинив в любви ко всему греческому и пренебрежении обычаями отцов.

Возможно, соотечественники попросту завидовали уму Анахарсиса и опасались конкуренции в борьбе за власть. Философ был застрелен старшим братом из лука во время охоты — идеальные скифы оказались не такими уж идеальными. Говорят, что последними словами Анахарсиса были: «Разум сберег меня в Элладе, зависть погубила меня на родине».

 


При копировании материалов размещайте активную ссылку на www.huxley.media
Вступая в клуб друзей Huxley, Вы поддерживаете философию, науку и искусство
Поделиться материалом

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Получайте свежие статьи

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: