Борис Бурда
Журналист, писатель, бард. Обладатель бриллиантовой совы интеллектуальной игры — «Что? Где? Когда?»
Liberal Arts
5 мин. на чтение

НЕТРИВИАЛЬНОЕ РЕШЕНИЕ: Как расшифровать древнюю надпись, не зная даже букв, которыми она написана?

Поделиться материалом

Источник фото: shutterstock

ВНИМАНИЕ – ВОПРОС!

Двадцатисемилетний помощник учителя в провинциальном немецком городке настолько перебирает на вечеринке, что заключает со своим знакомым абсолютно безумное пари. Он берется расшифровать древнеперсидскую надпись, не зная даже букв, которыми она написана (впрочем, их не знает никто в мире). Ну и что теперь ему делать?

(Ответ далее в статье)

ОТКУДА ЭТО ОН ТАКОЙ ШУСТРЫЙ

Георг Фридрих Гротефенд родился в небольшом брауншвейгском городке Мюндене (с Мюнхеном не путать, а то в ряде источников есть такая ошибка!). Закончил гимназию в этом же городке. Учился наверняка хорошо, потому что вскоре после этого пошел работать учителем – не всякого бы взяли. Заканчивался Век Просвещения, возникло очень много новой информации – по нашим меркам, конечно, мизер, но для тех времен выше крыши. В частности, и цивилизации Древнего Востока, ранее практически неведомые, стали открываться европейской науке.

Гротефенд, Георг Фридрих

В гимназии, конечно, учили по меркам своего времени (с точными науками, по сравнению с нами, это было не ахти как круто), но то, что знали, вбивали ученикам в голову со всей немецкой старательностью и педантичностью. А вот языкам тогда учили так, что нам и не снилось. Причем не только живым языкам, своим и соседским – им учила, помимо педагогов, и сама жизнь, но и древним, считавшимся тогда базисом всей человеческой культуры (кстати, не зря). Латынь и древнегреческий – обязательно, весьма желателен был и язык Библии, древнееврейский. Без знания древних языков человек просто не считался культурным.

И ЧТО ЭТО ЗА НАДПИСЬ?

Надпись, о которой Гротефенд на свою голову поспорил, была введена в научный обиход немецким ученым на датской службе Карстеном Нибуром – тот привез ее из древней столицы Персидской империи Персеполиса. Того самого города, который пьяный в дымину Александр Македонский разрушил до основания по призыву не менее пьяной гетеры Таис. Гротефенду бы извлечь из этого урок и, по крайней мере, заключать подобные пари трезвым, но  теперь делать было нечего – расшифровывай и не жалуйся, сам виноват.

Хорошо было чуть позже Франсуа Шампольону – ему достался один и тот же текст на трех языках, в том числе и вполне понятном древнегреческом, вот он и расшифровал древнеегипетские иероглифы. Текст из древнего города персидских царей тоже был трехъязычным, но непонятными были все три языка – древнеперсидский, эламский и аккадский. О двух последних больше и говорить не будем, они, помимо всего прочего, не буквами написаны, а целыми слогами или даже словами, да и об этих языках тогда не знали практически ничего. А вот о древнеперсидском, языке «Авесты», священной книги зороастрийцев, хоть что-то да было известно.

ПЕРВЫЕ ШАГИ

Гротефенд быстро разобрался, где древнеперсидская надпись, а где прочие – раз это язык персидских царей, она должна быть на самом почетном месте, в центре. В ней насчиталось всего около сорока одинаковых символов – прекрасно, значит, это буквы, а не слоги или слова, а то их было бы больше. Еще до него Пьетро делла Валле правильно решил вопрос, как эти древние персы вообще писали – слева направо или справа налево (ответ далеко не однозначен, мы пишем слева направо, а арабы и евреи – наоборот). Раз широкая часть клина слева, значит, для пишущего правой рукой удобнее писать именно слева направо, а что древние персы были все левши, все равно ведь никто не поверит. Это прекрасно, но написано-то что?

Раз текст написан именно буквами, одинаковые группы букв должны быть одинаковыми словами. Только как догадаться, какими именно? Одна группа символов повторяется чаще всего, несколько раз. Догадаться бы, что она значит – и можно начинать расшифровку. Но какое слово (или несколько слов) будет встречаться в надписях персидских царей чаще всего?

БЛЕСТЯЩАЯ ДОГАДКА

Быть владыкой первой в мире империи не так уж и просто — надо беспрерывно прессовать подданных, чтобы уважали и боялись. Если царь делает какую-то надпись – она именно для этого. И о ком же он будет писать? Да о себе, любимом – и для дела полезно, и ему приятно. Но имена у царей разные, а какое слово в надписях всех царей будет одинаковым?

Понятно какое – это слово «царь». Ну кончено, не просто «царь» — это вам не Иван Васильевич Бунша, который представлялся «очень приятно, царь», не зная, что даже у русского царя, значительно более скромного, чем древнеперсидский, титул состоял из массы географических названий: при Николае II из пятидесяти двух. Так что не «царь» какой-то, а «великий царь, царь царей, Ахеменид» — и никак не короче! Но это уже довольно много букв, так что начало расшифровке положено. Будем в дальнейших рассуждениях заменять всю эту песню с припевом просто словом: «царь» — чтобы не писать лишнего.

ЦАРСКИЕ ИМЕНА

Это замечательное предположение позволило Гротефенду подметить еще одну закономерность. Он обратил внимание на похожие конструкции с найденным оборотом, и скоро понял, что чаще всего встречаются два их вида:

Х – царь, сын Y – царя.
Y – царь, сын Z.

X, Y и Z – это, понятное дело, группы символов, обозначающих имена. Поскольку имена персидских царей мы знаем, если догадаемся, о каких царях речь – букв будет сколько угодно, и можно будет выиграть безнадежное пари.

Надо, правда, верно произносить персидские царские имена. Мы с нашими наивными убеждениями в том, что их звали как-то вроде Дарий и Ксеркс, помогли бы очень мало. Так персидских царей называли не очень большие их друзья, древние греки, у которых имя Дарайявуш или, Зевс упаси, Хшеархша, просто в рот не лезло – они их называли Дарий и Ксеркс. Побывавшие на известном еврейском праздничном шуточном представлении, именуемом пуримшпиль, знают, что один из его героев – персидский царь Ахашверош, и о том, что в привычном нам виде это просто Артаксеркс, догадывается далеко не каждый. У греков вообще не было буквы «ш» — вот мы вслед за ними и говорим Иерусалим, а не Иерушалаим, как правильнее. Гротефенд, правда, это знал, но как догадаться, где какой царь?

А ПАПА У НЕГО ЦАРЬ?

И тут Гротефенд догадывается, в чем дело. Значит, Х – царь, Y –папа X и тоже царь, а Z – папа Y… но не царь! Основатель династии? Знаете, не обязательно. Первым персидским царем с подобным титулом был Кир Великий, отец Камбиза II, тоже полноценного царя, а вот папа Кира, Камбиз I, был царем ранга пониже, и этого пышного титула не носил. Они? Нет, никак не получается – имена в надписи не на одну букву, и длина имен не подходит тоже.

Как же это так? С кем может еще быть такая ситуация, кроме как с сыном и внуком основателя династии? Оказывается, может. После смерти Камбиза II его престол захватил узурпатор, некий Гаумата, выдававший себя за убитого брата Камбиза Бардию. Представитель младшей ветви Ахеменидов Дарий этого Гаумату сверг, убил и сам стал царем. Но его отец Гистасп царем не был! И по буквам все подходит, если разумеется, называть их Хшеархша, Дарайявуш и Вистасп, а не так, как мы привыкли. Теперь уже есть столько букв, что можно читать надпись, и не только эту.

ВНИМАНИЕ – ПРАВИЛЬНЫЙ ОТВЕТ!

Если пытаешься разобраться в том, что велел написать не обязательно царь, но просто большой начальник, имей в виду – охотнее всего он пишет о себе, любимом, блистательном и затмевающим само солнце! Его имя и титул окажется главным содержанием надписи, хоть клинописью, хоть на папирусе, хоть на финской бумаге лазерным принтером. Помни это – разберешься во всем остальном.

А ЧТО ГРОТЕФЕНД?

Эта гениальная расшифровка помогла Гротефенду выиграть пари. Выпив выигранное пиво (на что еще могли бы спорить в Германии, я просто ума не приложу), он продолжил свои исследования, но их уровень оказался хуже, они не были признаны ученым миром, и он оставил эти занятия. Рос по службе, стал ректором гимназии, потом – профессором университета, чуть позже – директором лицея в Ганновере. Дослужился до пенсии, умер в достаточно преклонном для тех времен возрасте, в семьдесят восемь лет. Теперь гимназия, в которой он учился, носит его имя. Больше ничего гениального не совершил – всего раз в жизни ему довелось решить трудную задачу так нестандартно и ярко. Для славы на многие годы этого вполне может хватить.


Поделиться материалом

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Получайте свежие статьи

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: