Дмитрий Панфилов
Психолог, психотерапевт, консультант по зависимостям
Liberal Arts
5 мин. на чтение

ОБРЕЧЕННЫЕ НА СВОБОДУ: почему мы отказываемся быть свободными

ОБРЕЧЕННЫЕ НА СВОБОДУ: почему мы отказываемся быть свободными
Поделиться материалом
Сергей Черемисин. Свобода, 2021 / Facebook, «Сіль-соль»

 

Свобода в экзистенциальной философии рассматривается как базовая характеристика бытия. Как писал Жан-Поль Сартр, мы рождаемся свободными и, по сути, обречены на свободу. Сартр был атеистом, и в этом смысле для него свобода была также о том, что нет никакого внешнего закона над нами.

Однако, как ни странно, «крестный отец» экзистенциальной философии Серен Кьеркегор исходил из того, что Бог дал нам свободу и мы вольны выбирать даже зло, даже то, что противоречит божьему замыслу. Стало быть, и атеистическая, и религиозная ветви экзистенциализма «обрекают» нас на свободу.

 

СВОБОДА И ОТВЕТСТВЕННОСТЬ

 

В обоих случаях эта свобода ограничена ответственностью. В атеистическом контексте мы отвечаем за все акты нашей свободы и не можем отказаться от ответственности (хотя очень этого хотим). В религиозном — нас ждет рай или ад, или даже небытие (по мнению Кьеркегора, душа может быть смертна).

Эрих Фромм в своей книге «Бегство от свободы» как раз подчеркивает нежелание брать ответственность за свободу. Иными словами, мы хотим быть свободными, но ровно до тех пор, пока не приходит время платить по счетам. Так, для каждого существует свобода выбрать секс-наркотики-рок-н-ролл, однако зависимости могут стать тяжелой расплатой, как минимум за первые два компонента.

Важно отличать свободу от своеволия. Последнее — как раз и есть игнорирование всякой ответственности и любых ограничений. В то время как свобода присутствует там, где есть рамки, как бы парадоксально это ни звучало.

 

СВОБОДА И ВЫБОР

 

Какая может быть свобода, если нет выбора и разницы между добром и злом, нет никаких последствий? В таком случае она теряет свой смысл. Конечно же, тут с нами «не согласится» постмодернизм, в соответствии с которым нет никаких правильных смыслов и все одинаково иллюзорно.

Попытка избавить человека от ответственности также избавляет его от свободы и от силы, ибо для принятия ответственности нужно иметь силу.

К примеру, Раскольников в «Преступлении и наказании» вроде бы возымел свободу убить старуху-процентщицу (да и сестру ее в придачу), но до последнего отказывался брать на себя ответственность в виде тюремного заключения.

Может показаться, что свобода — это возможность выбирать что угодно, но тогда ведь и оборотная сторона ее — принимать последствия своих «что-угодно». Наверное, в идеальном виде это показал Иисус Христос, взвалив крест всех грехов (а стало быть, ответственности за них) на себя. Какая величайшая свобода стоит за этим! Тут явно проглядывает механизм: чем больше мы способны держать ответ, тем больше наша свобода.

Если же перейти от духовности к психологии, то нести ответственность мы способны только за себя. Все попытки переложить ее на другого человека плохо заканчиваются для обоих. Один отбирает силу и прогибается под непосильной ношей, второй становится слабым и зависимым.

Родители в норме призваны помогать нам тестировать свободу и ограничения. По мере сил и ума они отдают ребенку все больше свободы и все больше ответственности, одновременно выступая для него поддержкой и сдерживая его.

В экзистенциальном смысле мы свободны выбирать, собственно, свобода — это свобода выбора. Причем свобода касается как нас самих, так и другого. Другой также свободен и волен выбирать согласно своему контексту и ограничениям. Кстати, осознание этого факта способно снизить градус обиды на мир, в котором другой человек может выбирать из множества вариантов, включая зло.

 

Вступая в клуб друзей Huxleў, Вы поддерживаете философию, науку и искусство

 

Одним из ключевых психологических открытий Серена Кьеркегора является роль экзистенциальной тревоги. Ее суть не только в непредсказуемости Мира, но и в безграничной свободе Человека.

«Тревога — это обморок свободы, — утверждал Кьеркегор, — то есть она — словно некое головокружение сознания, предвкушающего безграничность свободы, и отсюда сложности выбора и непредсказуемости его последствий».

Свобода — это неопределенность и полет без опоры, что тревожно, а тревога, доходящая до ужаса, — это уже защита, топящая в себе свободу. По Кьеркегору, этот ужас ведет нас к отчаянию, ведь в свободе без смысла легко потеряться.

И мы теряемся: в потреблении, накоплении, жизненных тривиальностях, погоне за деньгами и статусом, в религиозном фанатизме, суете, в погружении в мирское (если использовать религиозный язык), в обсессивно-компульсивном (если использовать психологический). Согласно Кьеркегору, наш рост состоит как раз в осознании этого отчаяния.

 

СВОБОДА И ВОЗМОЖНОСТИ

 

Хочу рассмотреть именно психологический мотив бегства от свободы. Можно сказать, что осознание своей свободы и количества располагаемых возможностей — это признак здоровья личности.

Алкоголик видит единственный выход из негативных переживаний, скуки, усталости, одиночества — в алкоголе. Здоровая личность имеет довольно много вариантов на разный вкус и «состояние души и кошелька».

Вот только реализовать свободу трудно, особенно когда возможностей нам никто не предложил, кроме алкоголя, насилия и созависимых отношений. По сути, мы не бежим, мы выбираем что-то другое вместо свободы — безопасность, комфорт, зависимость, ставим защиту на место ценности. Как это работает?

В детстве, сталкиваясь с травмой, которая наносит разрушительный ущерб нашей безопасности или доверию, мы, если травма не исцелена, начинаем, часто уже бессознательно, защищать травмированное место. Нам настолько больно, что кажется, будто нужно делать что угодно, только бы быть в безопасности, в комфорте, сытости, все и всех контролируя.

Можно и как будто необходимо поступиться своей территорией (как сейчас геополитически Россия предлагает Украине), свободой быть собой, точкой зрения (если она вообще есть, ведь иногда кажется, что дешевле ее не иметь), быть искренним, проявлять эмоции, быть злобным, даже уязвимым, грустным, усталым и т. д.

Все ради того, чтобы больше не пережить ТЕ травматические события из прошлого. Вот только отказ от свободы — это тоже проявление свободы, и ведет он к последствиям — жизнь скучнеет, беднеет, сужается, становится сухой пустыней, где нет места живому, в том числе Душе.

В романе «Степной волк» Германа Гессе показано «мещанство», люди, которые выбрали безопасность, уют, комфорт, мелкий достаток, отказавшись от свободы, личности, творчества, риска быть непонятыми, отвергнутыми, одинокими, сложными. С другой стороны, Степной волк — человек выбравший «невыносимую легкость бытия», зыбкую почву, мысли о самоубийстве, творчество, самобытность и всю полноту несения своего собственного креста.

Подводя итоги, скажу: мы отказываемся от свободы по целому ряду причин — в попытке избежать ответственности, в ужасе перед безграничностью возможностей, не понимая смысла этой свободы, не желая принимать ее ограничения, выбирая в качестве ценности «травматическую потребность» (например, в безопасности, комфорте и контроле). Но способы бегства иллюзорны, ведь свобода является нашей данностью, мы обречены быть свободными до конца.

 


При копировании материалов размещайте активную ссылку на www.huxley.media
Вступая в клуб друзей Huxleў, Вы поддерживаете философию, науку и искусство
Поделиться материалом

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Получайте свежие статьи

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: