Катерина Ильченко
Reader’s choice
3 мин. на чтение

РЕЦЕНЗИЯ ЧИТАТЕЛЯ: «КОКОН» ЧЖАН ЮЭЖАНЬ

РЕЦЕНЗИЯ ЧИТАТЕЛЯ: «КОКОН» ЧЖАН ЮЭЖАНЬ
Поделиться материалом

Чжан Юэжань — писательница «новой волны» в Китае. «Кокон» — единственная ее книга, переведенная на русский язык. Сюжет романа является частью семейной истории писательницы. Ее отец, профессор китайской словесности, поступил в университет, чтобы выучиться «писать рассказы», и его первым рассказом, который он отправил в издательство, был «Гвоздь», написанный на основе детских впечатлений про доктора, жившего по соседству, которому во время культурной революции вогнали в голову гвоздь, чем обрекли на долгое существование в виде овоща. Рассказ так и не был опубликован, и однажды рукопись попала в руки дочери профессора, которая заинтересовалась историей и начала расспрашивать отца. Со временем появился роман «Кокон».

Удивительно красивая и глубокая книга. Лиричная и мудрая, с элементами детективной интриги и исторической панорамой. Редкий случай, когда удачно сочетаются занимательность повествования, красота образов и языка, глубина смыслов.

Китайская литература не такой частный гость в «литературных гостиных», преодолеть барьер экзотичности удалось немногим — тяжеловесу Мо Яню да адаптированным к западному сознанию Мадлен Тьен и Июнь Ли. Но история Чжан Юэжань отлично резонирует с опытом нашего поколения, поэтому ее не стоит воспринимать исключительно как национальный роман.

Сюжетно книга про двух детей, Ли Цзяци и Чэн Гуна, которые были не разлей вода в школе, но отшатнулись друг от друга, узнав, что их семьи связаны трагедией, которая одну семью запятнала, а другую обрекла на злыдни. У постели умирающего деда, одного из фигурантов старой тайны, они случайно встречаются и рассказывают друг другу свои истории.

Со смысловой точки зрения книга про то, что пережитые травмы продолжают отражаться на последующих поколениях. После трагедии с дедом Чэн Гуна третье поколение семьи страдает и мается, пытаясь вырваться из колеи несчастливой судьбы. Судьбы сломаны событиями Культурной революции, которая на самом деле перемолола жизни не только современников, но и их потомков. Детально в описание этого беспощадного вихря автор не вдается.

Автор не будет грузить вас подробностями об этом «холокосте интеллигенции». Разрушительные политические события у него поданы через метафоры природных катаклизмов. Все негативные явления происходят в плохую погоду. Как вспоминает одна из героинь: «Тогда было землетрясение, потом наводнение, а потом умер Мао». И в этом сравнении выражено отношение к ним: как во время наводнения ты не властен над стихией, так и в моменты политических потрясений ты озабочен только собственным спасением. Но иногда путь спасения ведет к катастрофе. И вся родовая история, покореженные судьбы и их последствия спутывают по рукам и ногам уже  третье поколение семей, обрекая их на вечный и безуспешный поиск любви и счастья.

«Прошло много лет, но, вспоминая ту зиму, я первым делом вижу, как мы с тобой идем рядышком в густом тумане. В плотном, бескрайнем похоронно-сером тумане. Наверное, это было бы самым точным изображением нашего детства. Мы бездумно бредем по сотканному из тайн туману, не видя дороги, не зная цели. Быть может, повзрослев, мы наконец вышли из тумана и увидели мир таким, какой он есть? Ничего подобного. Мы просто оделись в этот туман, замотались в него, как в кокон».

Вот этот кокон и попытки разорвать его путы и являются основной темой романа.

 

Написана книга легко и красиво. Богатая образная система, хорошо выписанные персонажи. Образ деда Чэн Гуна, находящегося в вегетативном состоянии, — такой себе ключик ко всей истории. Он не жив и не мертв, и не похоронен. Как бы символ, что давняя трагедия уже и смысла не имеет, но живее всех живых и не отпускает. Он никому из родных не нужен, но становится средоточием многих современных событий. Более того, однажды дед пропадает из больницы и, уже даже не имея физического воплощения, становится вечным призраком, с которым невозможно расстаться. Вот так старая обида продолжает отравлять жизнь, даже когда вы почти забыли, в чем она заключалась.

Книга очень честная и даже немного беспощадная. Мудрость и выдержка автора в том, что среди всех персонажей, густо населяющих страницы, нет ни одного положительного. Почему мудрость? Потому что так и выглядит жизнь. И хорошие люди совершают плохие поступки. Слабые и туповатые оказываются благородными. А потом это все взбалтывается и меняется местами.

Знаете, какая первая черта автора-графомана? Наличие безусловно положительного героя, который иногда для освежения сюжета, максимум может позволить себе смять газон или сорвать ромашку. Такие персонажи обычно списываются с себя, любимого, и наделяются всеми благостями природы и духа. В романе, о котором мы сейчас говорим, проработка персонажей на уровне лучших образцов литературы. Поданы, как раньше говорили, в единстве и борьбе противоположностей.

Есть отсылка и к университетскому роману. События происходят в университетском городке, деды, главные фигуры родового проклятия, — профессора медицины; детство героев проходит в университетском кампусе, в том числе в Башне Мертвецов, куда свозят трупы из медицинского факультета. Интрига старой трагедии зиждилась на стремлении получить главенство в университетской  иерархии.

Если вы любите американские университетские романы, сравните их с масштабом борьбы за профессорское кресло в Китае.

Что еще интересно — это схожесть с нашей историей. Наше поколение тоже травмировано коммунистическим режимом — Голодомор, репрессии, война. Мы можем этого не осознавать, но последствия этих событий мы несем в себе. Детство героев попадает на 90-е, а 90-е в Китае очень похожи на наши. Отец Цзяци ездит поездом в Москву продавать пуховики и игрушечных панд. Эпидемия атипичной пневмонии, с которой у нас «боролась» Тимошенко, и я помню, как под влиянием медийной истерики мой сын дома шил маски, чтобы я на работу в них ходила. В общем, далекий Китай оказывается очень близким и понятным.

Есть ли что-то сугубо китайское в этой книге? Сложно сказать. Интересно наблюдать за семейными отношениями. Даже сумасшедшая мать или обезумевшая от злобы бабка принимаются, прощаются и воспринимаются естественно, без обиды и отторжения. Мне кажется, западному менталитету такая устойчивость и безусловность семейных связей не свойственна. И еще вот эта созерцательная, принимающая мудрость. Нет истерики о несложившейся личной жизни, несмотря на одиночество героев, чувствуется связь с миром и людьми. Есть непонимание, есть растерянность, но нет экзистенциального одиночества, которое воспринималось бы как трагедия. Потому что в восточной философии мир не равен Я, он прилично больше.

Книга получилась лиричная, красивая, плавная. Как та река, на берегу которой можно сесть и ждать, когда все наконец разрешится и можно будет начать сначала, без коварного коматозного деда с секретами в шкафу.

Материал подготовлен в партнерстве с Kyiv Bookworms Club

Вступая в клуб друзей Huxleў, Вы поддерживаете философию, науку и искусство
Поделиться материалом

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Получайте свежие статьи
Понравилась статья?Подпишитесь на обновления и моментально узнавайте о выходе новых материалов!
Уже уходите?Не забудьте подписаться на обновления и моментально узнавайте о выходе новых материалов!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: