Олесь Манюк
Кандидат философских наук, консультант по опережающим исследованиям Jansen Capital Management
Philosophy
3 мин. на чтение

Удивительный воображаемый мир. Интервью Паоло Албани с Луиджи Серафини

Поделиться материалом

Луиджи Серафини, философ и дизайнер, создатель удивительного «Кодекса Серафини», энциклопедии вымышленного мира, написанного на вымышленном языке

«Кодекс Серафини» — это фантастическая энциклопедия, необыкновенная комбинация несуществующей письменности и рисунков, рожденных удивительным воображением и художественным мастерством дизайнера Луиджи Серафини.

Книга была создана в конце семидесятых в Риме, в районе Борромини, в тени его бесконечных шедевров, где живет и работает автор, являющийся одновременно и оригинальным художником и многогранным философом.

14 сентября прошлого года, Серафини был главным героем встречи с Паоло Албани на мероприятии под названием «Непостижимое. Загадки, коды» в Театре Социале в Беллинцоне, на котором философы, культурологи, художники размышляли вместе с публикой о недоступных и несуществующих языках, и о том, какое значение они имеют для реального мира.

О происхождении «Кодекса»

Создание несуществующего языка, как и рисунки, является частью мечты, фантазии. Когда я начал рисовать страницы «Кодекса», заполняя его странными изображениями и еще более странным, загадочным для меня самого языком, даже не зная, что делаю, я хотел приручить даже не этих странных существ, а целую неизвестную Вселенную, которая говорила на абсолютно непонятном непереводимом языке.

Вместо того, чтобы рассказывать историю, появилась какая-то автоматическая запись, как у медиумов, или экстрасенсов. Позже я заметил, что в этом несуществующем языке присутствуют много компонентов разных языков, начиная от греческого до латинского. Я даже заметил там что-то вроде арабской вязи. Но при этом, то был некий цельный, нечеловеческий язык, совсем не являющийся чем-то вроде эсперанто (комбинацией элементов существующих языков).

Что же представляло собой творение «Кодекса»?

Это был жизненный импульс, необъяснимая и вместе с тем неизбежная необходимость, а также результат моего опыта. В семидесятые годы я часто бывал в Америке, я много ездил, наблюдал за жизнью поколения, которое изобрело интернет; они были детьми тех, кто воевал; и видимо война отозвалась в этом поколении тем, что оно, будучи дружелюбным внешне, внутри оказалось закрытым от глубинного общения — общения, не только друг с другом, но с собой, в первую очередь. И тогда я решил задать им загадку, код которой состоял в умении общаться с самим собой.

Ваш «Кодекс» — будто порожден духом эпохи барокко, этим королевством метаморфоз. Давайте поговорим о тех местах, которые вдохновляли вас при создании «Кодекса».

Я думал о «Кодексе» в Педазо, в регионе Марке, между маяком и виллой моего дяди на вершине холма. Затем я размышлял над «Кодексом» на улице Сант-Андреа-делле-Фратте в Риме, в тени одноименной церкви с фонарем и колокольней Борромини. Сегодня моя студия находится недалеко от Сант-Иво-алла-Сапиенца с фонарем архитектора Тичино, проект которого был изображен на старой банкноте в 100 франков.

Ваш «Кодекс» издали недавно в Китае. Он как то соотносится с китайской культурой?

Я вижу такую связь. На мой взгляд, китайская культура, высокая китайская культура — это особого рода непрерывная игра, где нечто важное прячется в миллионах своих отражений. Поэтому, в ней так важно увидеть подлинник. На конференции в Пекине, посвященной китайскому изданию «Кодекса», они спросили меня, что я думаю о подделках в количестве произведений, продаваемых онлайн. Я ответил, что был поражен, что мою энциклопедию можно оценить как сумку Louis Vuitton.

Есть ли параллели между вашей работой и хорошо известной (и загадочной) рукописью Войнича XV века?

Нет, совсем нет. Я всегда думал, что книга, которую Рудольф II из Габсбурга, увлекающийся алхимией, купил по высокой цене, обладает неразборчивостью, нацеленной на мошенничество. Моя книга совсем иного рода. Это игра, но очень серьезная. Это та метафизика, которая появляется на острие такой игры, которая практически никому не понятна, к которой ключи привычного мира не подходят вовсе, но которая, именно по этим причинам, способна дать некую удивительную свободу.

Возможно поэтому «Кодекс» столь популярен у неординарных творческих личностей?…

Полагаю, да. «Кодекс» очень нравился Федерико Феллини. Режисер Тим Бартон тоже является поклонником «Кодекса». Хотя, это все вина Дэнни Эльфмана, любимого композитора Тима Бертона, который также сделал саундтрек одного из моих сольных концертов в Милане. Дуглас Хофштадтер, автор «Гедель, Эшер и Бах» также очень ценит мою книгу.

По материалам газеты LaRegione, 14.09.2019

 


Поделиться материалом
Получайте свежие статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.