Виктор Галасюк
Президент Украинской ассоциации Римского клуба, член-корреспондент Мировой академии искусства и науки
Liberal ArtsScience with the club of Rome
3 мин. на чтение

РАЗГОВОР С УЧЕНЫМ: Юрий Гогоци из Киева — выдающийся мировой ученый в области химии, материаловедения и нанотехнологий (Часть I)

РАЗГОВОР С УЧЕНЫМ: Юрий Гогоци из Киева — выдающийся мировой ученый в области химии, материаловедения и нанотехнологий (Часть I)
Поделиться материалом

 

Юрий Гогоци — выдающийся мировой ученый в области химии, материаловедения и нанотехнологий, имеющий украинское происхождение. Он лауреат цитирования в области физики по версии Web of Science/Clarivate — по влиянию на научную сферу это означает сопоставимость с достижениями, отмеченными Нобелевскими премиями.

Его индекс Хирша составляет 160 по версии Google Scholar и 140 по версии Web of Science. В 1995 году получил ученую степень доктора технических наук в Институте проблем материаловедения им. И. Н. Францевича НАН Украины.

Cегодня Юрий Гогоци — основатель и директор Института наноматериалов Университета Дрекселя, а также его почетный профессор. Он соавтор двух книг, более 700 научных статей, а также изобретатель, получивший более 60 патентов.

Юрий Гогоци возглавляет группу ученых, которые занимаются исследованиями наноструктурного углерода и двумерных материалов, синтезируют новые материалы и создают суперконденсаторы, способные совершить энергетическую революцию.

Родившись в Киеве, Юрий Гогоци сегодня живет и работает в США.

 
ОБ УДАЧЕ И ЗАКОНОМЕРНОСТИ
Я занимаюсь любимым делом, у меня своя научная школа, и наши исследования вносят вклад в развитие мировой науки. Есть ли в этом элемент удачи? Удача помогает, однако, если рассчитывать только на нее, ничего не произойдет.

Когда в университет приходят школьники и спрашивают, на кого им учиться, я говорю:

«Выбирайте то, что вам нравится, то, чем вы будете гореть. Тогда, во-первых, будет получаться, во-вторых, ваша работа превратится в хобби, в-третьих, вы будете делать это хорошо, а значит, станете успешными»

Каждый человек может пройти мимо чего-то, что ему действительно очень интересно. Мой выбор начался с химии в средней школе. Более того — я был неудачником: в то время учебники распределяли, и по какой-то причине мне не достался учебник химии.

Я начал ходить в класс и запоминал все, что говорила учительница. Мне страшно нравился предмет, поэтому я быстро стал первым учеником.

Вот здесь как раз помог отец (прим.: Георгий Гогоци — профессор, заведующий лабораторией Института проблем прочности им. Г. С. Писаренко): он предложил пойти в кружок химии во Дворце пионеров, и это дало толчок моей будущей карьере.

Работа в кружке над так называемой алюмотермией, то есть реакцией алюминия с оксидами металлов, которая позволяет выплавлять чистые тугоплавкие металлы, попала на всесоюзную выставку достижений народного хозяйства (ВДНХ) и в значительной мере определила направление моей учебы и исследований.

Затем я поступил в КПИ им. Сикорского и получил диплом инженера-металлурга. Мне всегда нравилось то, что происходит при горении и высоких температурах. Эту любовь я пронес через всю жизнь.

ОБ УЧИТЕЛЯХ

В кружке при Дворце пионеров был хороший преподаватель, в то время еще аспирант, Сергей Викторович Михаловский, а в последние годы — профессор в Брайтонском университете в Англии. Сергей Михаловский вдохновил меня на науку.

Он показал, что ученые действительно горят тем, что делают, и дал мне знания химии, которые не вкладывались в стандартную программу. Конечно, повлиял и мой отец, который всю жизнь занимался и продолжает заниматься наукой, несмотря на то что ему уже
90 лет.

НАУКА — КОМАНДНАЯ ИГРА ИЛИ ИНДИВИДУАЛЬНАЯ ГОНКА?

Личности играют колоссальную роль. Мы все знаем знаменитых ученых — от Эйнштейна до наших современников. Но сейчас, по крайней мере в области естественных и технических наук, вы редко увидите статьи, которые написаны научным руководителем и аспирантом, и еще реже — те, что написаны одним ученым.

Зато, если вы откроете Science, Nature и другие ведущие журналы, вы найдете работы, сделанные десятками людей, часто из четырех-пяти институтов и нескольких стран.

В некоторых областях, таких как астрономия или ядерная физика, есть статьи, в которых список авторов помещен в конце, потому что он может насчитывать 100 или даже 1000 человек.

Это изменения, которые произошли в науке за последние десятилетия. Многие сложные проблемы требуют комплексного подхода, а интернет позволяет работать вместе, даже находясь в разных уголках планеты. В результате люди дополняют друг друга: кто-то занимается моделированием, кто-то — экспериментами, кто-то — новыми материалами.

Несмотря на то что идеи по-прежнему важны, их практически невозможно реализовать без сотрудничества, и командная работа привела к ускорению исследований и научного прогресса в целом.

О ФОРМИРОВАНИИ КОМАНД

Во-первых, я пытаюсь делать свою команду максимально разнообразной. У меня с самого начала были люди из разных стран, мужчины и женщины, черные и белые, христиане и мусульмане.

В научной среде это важно, потому что наука международная, и когда в группе есть люди, которые представляют разные подходы и школы, они учатся понимать друг друга, а это значит, что они смогут работать с кем угодно и где угодно.

В то же время новый человек будет чувствовать себя комфортно, потому что нет ситуации, когда все говорят на одном языке или в команде 20 мужчин, и девушка думает: «Как я выживу в таком коллективе?»

Во-вторых, важно, чтобы люди были моими единомышленниками, то есть хотели работать с теми же проблемами, что и я. И последнее — я не принимаю окончательное решение. Я доверяю своим сотрудникам: 30 мозгов лучше, чем один. Я провожу первое интервью, смотрю резюме, консультируюсь с кем-то из группы, а затем приглашаю кандидата выступить с семинаром перед группой.

После чего команда говорит: «Да, мы хотим видеть этого человека» или «Нет, он может быть хорошим ученым, но мы чувствуем, что он не впишется в наш коллектив».

Вместе с командой мы открыли семейство новых двумерных наноматериалов — максенов, описали новые формы углерода и новую метастабильную фазу кремния


ОБ ЭМОЦИОНАЛЬНОМ ИНТЕЛЛЕКТЕ

Существует стереотип, что в науке знания важнее эмоционального интеллекта.

На самом же деле энтузиазм и желание работать часто оказываются более важными, чем научный фундамент или подготовка в одном из ведущих университетов. Если у человека есть желание, его можно научить.

Если же он интеллектуально очень способный, но, например, вместо того чтобы заниматься проектом, играет в компьютерные игры или игнорирует технику безопасности, он просто не вписывается в команду. Есть и другая сторона — существуют очень трудоспособные, хорошие работники, которые крайне несамостоятельны.

Я даю людям идеи, обеспечиваю финансовую и техническую поддержку, связываю их с лучшими мировыми специалистами, но они должны работать без ежедневного надзора. Зачем брать на работу умных людей и говорить им, что делать?

О НАЦИОНАЛЬНОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ

Слово «космополит» в восприятии некоторых людей носит негативный оттенок. Но я родился и вырос в бывшем Советском Союзе. Для меня русский язык — родной, как и украинский, и я уехал из Украины еще до распада СССР, в 90-м году. У меня отец, брат, сестра живут в Киеве.

Я себя чувствую украинцем, мои дети гордо говорят, что они украинцы, и носят футболки с желто-голубым флагом.

Вместе с тем, я смотрю на жизнь, как американец, потому что я живу в Штатах 24 года.

Мой подход к жизни и работе скорее американский, но моя жизнь в разных странах, включая также Западную Европу и Азию, сформировала меня как индивидуальную личность.

ОБ ЭМИГРАЦИИ И ДРУЖБЕ

Я провожу много времени в университете, поэтому моя сфера общения в основном связана с работой. Мои дети уже самостоятельные, они уехали и живут в Калифорнии. Я живу с женой и кошкой. Но всем людям нужно общение, и мы всегда находили друзей. Мы не стремились закрываться в эмигрантской среде.

Есть люди, которые первым делом в любой стране ищут выходцев из бывшего СССР. Они не ассимилируются годами и никогда не чувствуют себя комфортно, потому что новая среда остается для них чужой. Мы же не боялись общаться с людьми из других стран.

У нас есть приятели в Германии, мы дружим с соседями-врачами, мы общались с американцами, еще когда жили в Норвегии, я поддерживаю дружеские отношения с людьми, с которыми играю в теннис.

Более того — у меня есть друг, с которым мы учились в одной математической школе в Киеве, а теперь он мой коллега — тоже профессор, только на электротехническом факультете. Мы встретились, когда я только приехал в Америку на интервью в Иллинойский университет в Чикаго.

Я зашел в аудиторию, где должен был выступать с семинаром, и тут вошел мой одноклассник Гена Фридман, которого я не видел 17 лет, потому что он уехал с родителями после окончания школы. Он спросил: «Юра, ты меня узнаешь?»

ФОРМУЛА СЧАСТЬЯ

Моя формула счастья такая же, как и у всех людей: когда есть семья, друзья, нормальная жизнь. Я очень счастлив от того, что занимаюсь тем, что мне нравится.

Зачастую я отдаю работе по 15–16 часов в день. Моя работа — это мое хобби


Читать часть II

 

Поделиться материалом

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Получайте свежие статьи

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: