АХ, ЛЮБОВЬ: четыре брака королевы-убийцы и ее ужасная смерть

Арт-оформление: huxley.media via Photoshop

ЕЩЕ ОДИН ГРЕЧЕСКИЙ БОГ

Историю средневековой Европы, как правило, проходят вскользь, и это понятно — большинство уверено в том, что в дальнейшей жизни эти знания никому не пригодятся. А ведь интересно… Множество небольших, но задиристых государств, которые только ближе к XIX веку присоединились, не всегда мирным путем, к странам покрупнее, в основном к Германии и Италии, жили лихо и раскованно, вытворяя такое, что сегодня не сразу и поверишь. И любовь, небось, была в то время, как у пташки крылья, и ее никак нельзя было поймать, как пела Кармен несколько позже? Похоже, что не Эрос царствовал в ту эпоху, а его родной и коварный брат Антерос — бог ответной любви, а также по совместительству мститель за отвергнутые чувства и презрение к ним. Примеров тому хватает, и вот один из самых ярких.

ПЕРВЫЙ БРАК — МЕЖДУ ДЕТЬМИ

Думаю, что при рождении принцессы Джованны, внучки короля Неаполитанского королевства (знаете, что было такое? А ведь весь юг Италии ему принадлежал) Роберта Мудрого, судьбу ей прочили самую благоприятную. Есть и богатство, и земли, и высокий титул, даже королевой может стать (и стала-таки за неимением других законных наследников). И муж самых что ни на есть королевских кровей — принц Андрей Венгерский (причем с шестилетнего возраста: королевских детей женят с трудом и загодя, но непременно на равных им). Зря они так: бог Антерос даже меньше сердится на упорное его отрицание, чем на полное игнорирование.

Наследники первого поколения у Роберта Мудрого не зажились, настала очередь второго, то есть внучки Джованны. Ему принимать решение, кому садиться на престол Неаполя — внучке либо ее мужу Андрею, тоже особе королевской крови, либо им править совместно? Причем решение такое, чтобы и их устроило, и самому могущественному человеку на Апеннинском полуострове, папе Клименту VI, не очень мешало жить… Ну, если супруги любят друг друга, неужели не договорятся? Вот именно, не договорятся, ведь их поженили детьми, не спросив их мнения и согласия.

Достигнув едва лишь нашего возраста совершеннолетия, Джованна мужа терпеть не могла и мстила ему частыми изменами (в столь юные годы!). Причем изменами дело не ограничивалось — хронисты того времени уверенно обвиняют Джованну в отравлении с помощью питательной клизмы (модной в те годы) знатной дамы Агнессы де Перигор. Это уже не говоря о том, что выросшая при утонченном неаполитанском дворе, при котором подвизались Боккаччо и Петрарка, Джованна откровенно считала Андрея диким и малообразованным. Да он и сам не стеснялся ей публично угрожать.

Папа Климент, как сюзерен, принял решение: короновать одну Джованну. Мать Андрея Елизавета Венгерская приехала в Неаполь и потратила огромные деньги на взятки вельможам, от которых что-то зависело (неужели даже папе?), и это дало результат — папа заявил, что теперь коронуют и Андрея. Елизавета уехала довольная, однако, предчувствуя осложнения, оставила сыну амулет, защищающий от меча, кинжала и яда. Но Джованна просто не могла допустить такого — Антерос, помимо всего прочего, толкает на крайности. 19 сентября 1345 года в замке Аверса в покои Андрея ворвались убийцы, которым не понадобился ни меч, ни кинжал, ни яд, — они просто задушили его шелковой лентой, вышитой рукой самой королевы (некоторые пишут, что его выбросили из окна). Вот и все, кроме Джованны папе больше некого короновать.

ВТОРОЙ БРАК — МЕЖДУ СООБЩНИКАМИ

Почти все, кто рассказывает об этом, возлагают вину за убийство на двух кузенов короля, один из которых, Людовик Тарентский, уже тогда был ее любовником, а другого, Карла Дураццо, все-таки обвинили в этом и казнили, но через пять лет. Неаполитанцы в шоке — к злоупотреблениям они были привычны, но масштаб их ужаснул. Под Джованной откровенно зашатался престол, на улицах, не скрываясь, кричали: «Долой королеву-убийцу!» Хотя бы для вида Джованна начала расследование.

Нашлось довольно много совершенно второстепенных и непонятно в чем виноватых людей, включая близкую подругу Джованны донну Кончу, которую все любили. Их долго и мучительно пытают (конечно же, они во всем признаются), потом отдают на потеху толпе, а затем бросают в разожженный на главной площади Неаполя костер. А незадолго до этого Джованна успевает выйти за Людовика Тарентского замуж, заодно демонстрируя этим поступком то, что не считает его ни в чем виноватым. Но есть папа, сюзерен Джованны, — что скажет он?

Не высказаться по такому кровавому делу выходит как-то неубедительно. Особенно когда король Венгрии Лайош I Великий решил мстить за брата, занял Неаполь и ушел оттуда только из-за эпидемии чумы. Но на следующий год он снова взял Неаполь, требуя правосудия. Тогда Джованна настояла на личной встрече с папой в Авиньоне (в то время ее собственности), где, судя по всему, полностью его убедила и даже обаяла.

После недолгих размышлений понтифик вынес поразительный вердикт. Вчитайтесь: Джованна действительно участвовала в убийстве, но не виновна, поскольку действовала по наущению дьявола! Да за такие преступления всегда сжигали и пепел развеивали, а тут делай что хочешь, все претензии к дьяволу, его и сжигайте! Заодно папа признал законность брака между Джованной и Людовиком Тарентским, хотя они и двоюродные, — ну, такое уже бывало. Как же так? Просто Джованна продала папе свой город Авиньон за символическую сумму, и это еще сыграет роль.

Некоторое время Неаполитанское королевство после этого живет относительно спокойно. Людовик Тарентский был вполне разумным правителем, ему помогал мудрый советник Никола Аччайоли, и все было бы кое-как, если бы не Антерос — не имея возможности ущемить взрослых, он берется за детей. Так и здесь — дети злосчастной пары не заживались на свете. Становились все хуже и их отношения: Людовик поначалу публично грубил жене, потом так же, на публике, стал прибегать к рукоприкладству. Но в 1362 году он умер. От чего — летописи молчат. Может быть, просто от болезни…

Международный конкурс рассказов «ОДЕСССИАДА»

ТРЕТИЙ — МЕЖДУ ЧУЖИМИ

Быть незамужней королевой несолидно, и в 1364 году Джованна выходит замуж в третий раз. Ясно, что никаких чувств в этом браке и рядышком нет — жених и невеста толком видятся уже на свадьбе, все сплошь государственные расчеты, и Антерос показывает еще одно свое качество — у него есть своеобразное чувство юмора. Избранником становится титулярный король Майорки Хайме IV Смелый, и в этой драме он выглядел в лучшем случае опереточным персонажем. На свадьбу он практически бежал из железной клетки, где его держал в Барселоне до 1362 года могущественный Педро IV Арагонский, имевший свое мнение насчет того, кому принадлежит Майорка.

По условиям брачного договора в управлении Неаполитанским королевством супруг номер три не участвовал. Главной целью этого брака были наследники Джованны, но ничего не получалось, да и виделись супруги очень редко. Не сразу даже поверишь, что они были женаты. Несчастный Хайме, проведший немалую часть жизни в железной клетке, вел себя неадекватно и был крайне жесток с супругой даже на публике, но наследник престола был нужен до зарезу, и она рисковала собой. Дело дошло до того, что нескольким членам семьи приходилось ночевать в королевских покоях, чтобы хоть как-то гарантировать ее безопасность. Джованне откровенно рекомендовали не ложиться в одну постель с таким опасным безумцем, но она надеялась на наследника. К сожалению, напрасно — единственная беременность закончилась выкидышем.

Хорошо, что хоть в дела Неаполя Хайме не вмешивался, как и обещал, — был всецело занят безуспешными попытками отвоевать Майорку. Толку от этого никто не заметил — вояка он был бестолковый, быстренько угодил в плен к Энрике Трастамарскому, и Джованне пришлось его выкупать за неподъемные 40 000 флоринов (половина того, что ей выплатил папа за Авиньон). Свежевыкупленное имущество в Неаполе не задержалось и умчалось в Испанию воевать со своим продавцом, где его наконец кто-то отравил, — до Джованны было далековато, а то многие бы бог знает что подумали. Хотя, как знать…

ЧЕТВЕРТЫЙ — МЕЖДУ СПОНСОРОМ И КОНДОТЬЕРОМ

Новый римский папа Урбан VI вновь занялся делом Джованны и принял решение о ее заточении в монастырь. В ответ она вступила в контакт с некоторыми кардиналами и наряду с ними положила начало Великой схизме 1378 года — расколу католического мира, когда другой папа, Климент VII, завел свой папский престол аккурат в проданном Джованной Авиньоне. Поначалу Джованна, понимая, что родить ребенка в ее годы вряд ли получится, объявила своим наследником герцога Карло Дураццо — разумеется, не казненного в 1350 году ее шурина, а человека из другой ветви рода. Получив права, Карл Дураццо пожелал их реализовать, к тому же и злопамятный Лайош Великий ничего ей не простил и настраивал Карла против Джованны искусно и практически беспрерывно.

Тем временем и Климент VII потребовал от Джованны нового шага против лагеря Урбана VI, и у нее уже не было возможности ему отказать. Пришлось лишить наследных прав Карла Дураццо и назначить своим наследником герцога Людовика I Анжуйского — француза, а значит, члена авиньонской партии. Урбан VI в отместку отлучил Джованну от церкви — даже тогда, когда это наказание стало изрядно девальвированным частым применением, оно оставалось достаточно серьезным. А на ее место он назначил, естественно, Карла Дураццо, который только и мечтал реализовать полученные права побыстрее.

Чтобы найти защиту, и только для этого, Джованна в четвертый раз в жизни вышла замуж — за Оттона Брауншвейгского, вполне себе владетельного герцога, по истинной профессии кондотьера — главу отряда наемников, воюющих сугубо за деньги. Как ни странно, живут супруги бесконфликтно, Антерос даже не просыпается — никакой любви здесь под микроскопом не найдешь, и ему откровенно скучно.

Венгрия в те годы была государством гораздо более сильным и влиятельным, чем Неаполитанское королевство, и Карл Дураццо при поддержке Лайоша Великого повел войска на Неаполь. Оттон Брауншвейгский остался верен супруге и оказал Карлу решительное сопротивление, но силы были неравными — он проиграл войну и был захвачен в плен. Джованна некоторое время выдерживала осаду в замке Кастель Нуово, но все равно вынуждена была сдаться. Полгода она жила пленницей, с которой внешне обращались достаточно почтительно, но настойчиво требовали одно — вернуться к ее же прежнему решению о наследовании неаполитанского престола: не Людовик Анжуйский, а Карл Дураццо!

А ЭТО УЖ ТОЧНО КОНЕЦ

Но Джованна, видимо, решила держаться до конца, рассчитывая на военную помощь Людовика Анжуйского. Она не успела — терпение Карла лопнуло раньше. 22 мая 1382 года Джованну по его приказу задушили — то ли между двух перин, то ли красным платком, то ли, как Андрея Венгерского, вышитой шелковой лентой — это же многие хорошо помнили… Четкий почерк Антероса: если его близнец Эрос открывает тысячи путей, то Антерос, бог-мститель за презрение к любви, предпочитает простые и окончательные решения. Вроде вышитой шелковой ленты… А Карл Дураццо получил еще одно право — написать Лайошу Великому: «Ваше поручение выполнено». Тот прочел это письмо буквально за пару месяцев до кончины.

При копировании материалов размещайте активную ссылку на www.huxley.media