Меню
По вопросам совместных проектов editor@huxley.media
По вопросам сотрудничества c авторами chiefeditor@huxley.media
Телефон

БОРИС БУРДА: как австралийцы усмиряли животных-эмигрантов

Борис Бурда
Автор: Борис Бурда
Журналист, писатель, бард. Обладатель «Бриллиантовой совы» интеллектуальной игры «Что? Где? Когда?»
БОРИС БУРДА: как австралийцы усмиряли животных-эмигрантов
Photo by Joey Csunyo on Unsplash

 

ВНИМАНИЕ — ВОПРОС!

 

Знаменитый зоолог Конрад Лоренц отметил, что ко времени открытия Австралии европейцами почти все австралийские млекопитающие были сумчатыми. Не принадлежали к ним только динго, несколько разновидностей летучих мышей и еще один вид. Какой?

 

ВНИМАНИЕ — ПРАВИЛЬНЫЙ ОТВЕТ!

 

Homo sapiens, конечно, — люди в Австралии тогда уже жили.

 

УНИКАЛЬНОЕ СООБЩЕСТВО

 

Самый маленький континент, который и признали-то континентом в последнюю очередь, даже после Антарктиды (помните, в «Детях капитана Гранта» Гленарван говорит, что Австралия есть не что иное, как остров, а Паганель уточняет, что уже многие географы называют Австралию континентом?), уникален во многих отношениях — в том числе и своим животным миром.

Сложился он миллионы лет назад, когда Австралия, Южная Америка и Антарктида составляли единый древний континент. Только там и сохранились сумчатые млекопитающие, причем в Америке к ним относятся только опоссумы, а вот в Австралии их сотни видов, потому что океан обычно не давал туда ходу их более приспособленным плацентарным конкурентам.

Некоторые сумчатые исчезли с лица Земли еще в доисторические времена. Даже в Австралии не смогли выжить ни двухтонные дипротодоны, сумчатые бегемоты, ни сумчатые тапиры палорхесты в тонну весом, ни охотящийся на этих гигантов сумчатый лев, ни трехметровый кенгуру прокоптодон, поскольку крупные виды медленнее приспосабливаются к изменениям.

А самой большой опасности животный мир Австралии начал подвергаться, когда более 60 000 лет назад из Юго-Восточной Азии на континент пришло наиболее на данный момент приспособленное и агрессивное существо — человек. Ему, чтобы загубить биологический вид, даже злой воли не надо проявлять (как в США с бизонами) — истребит походя и не поймет, как.

 

Джордж Стаббс. Портрет большой собаки из Новой Голландии (Динго), 1772
Джордж Стаббс. Портрет большой собаки из Новой Голландии (динго), 1772 / wikipedia.org

 

УЖЕ НЕ ТОЛЬКО ДИКАЯ

 

Бойся быка спереди, лошадь сзади, а человека — со всех сторон: сам не навредит, так завезет что-нибудь вредное. Примерно 5–6 тысяч лет назад переселенцы из Азии завезли сюда своих собак, но не уследили за ними, и они вторично одичали. Вскоре они заполонили большую часть Австралии и получили особое название — дикие собаки динго. 

Мы привыкли относиться к динго с некой теплотой, в основном ассоциируя их с любимой с детства повестью Рувима Фраермана «Дикая собака Динго, или повесть о первой любви». Но литература — это одно, а жизнь — совсем другое. Чужеродный для Австралии биологический вид не стал вписываться в традиционные пищевые цепочки и начал выстраивать свои.

Как и любые собаки, динго умеют охотиться стаей, что, во-первых, сделало их опасными для всей австралийской живности, а во-вторых, поспособствовало гораздо более успешной конкуренции с сумчатыми хищниками, которые начали вымирать. Дикими животными динго не ограничились и принялись поедать скотину австралийских фермеров, став опасными вредителями.

Умных и сильных зверей уже было нереально отстрелять, и фермеры пошли на титаническую меру, чтобы уменьшить причиняемый динго вред. Была возведена огромная стена, не намного меньших размеров, чем Великая Китайская, чтобы не дать им проникать в места с лучшими пастбищами. На ее поддержание, патрулирование и беспрерывную починку тратят $15 000 000 в год.

Кстати, раз динго могли вторично одичать, возможно, их получится и вторично приручить? Оказалось, что да. В 80-е годы прошлого века прирученные динго стали модными в Европе и Америке. Во Франции и Испании они участвуют и побеждают в собачьих выставках, а в Швейцарии даже разработали официальный стандарт этой породы. Собака как собака, только не лает, а воет. 

Приручили динго и аборигены, но, в отличие от европейцев, не использовали для охоты и, в отличие от корейцев, не ели. Правда, сторожить их научили, но, кроме этого, нашли новый, весьма необычный способ извлечения выгоды от их соседства. Знаете, как аборигены называют холодную ночь? «Ночь пяти собак». Да-да, прирученные динго и сейчас используются ими как живые грелки.

 

 

НЕ ТОЛЬКО ЦЕННЫЙ МЕХ

 

Еще одно опасное покушение на австралийскую природу произошло в XIX веке, и местные жители даже обвиняют в нем конкретного человека, хотя, конечно, вряд ли он был единственным. Но остается фактом, что в 1859 году перебравшийся в Австралию англичанин Том Остин заскучал без привычной ему охоты и уговорил племянника привезти ему из Англии 24 кролика. 

Крольчиха может производить потомство до 7 раз в год, рождает до 12 кроликов за раз — прикиньте сами, много ли ушло времени, чтобы кролики в Австралии стали просто кишеть? Еще в XIX веке за убийство кролика штрафовали, а сейчас в штате Квинсленд тот, кто держит этого зверька, платит штраф в $40 000. Исключение составляют только фокусники — кого же им тащить из шляпы?

Пожирая траву, кролики не только морили голодом местных сумчатых — оголяя верхний слой почвы, они опустынивали землю. Отдельной бедой стали участившиеся переломы ног у овец, наступивших на кроличьи норы. Фермер Билл Макдональд вспоминал, что кроликов было столько, что казалось, будто движется земля. А они продолжали плодиться… как кролики!

От ушастых вредителей, как и от динго, пытались отгородиться забором. Но толку было чуть — они под любой забор подроются… Пришлось применить против кроликов оружие массового поражения, поскольку они и сами оказались таким оружием. В 1950 году надоевших пакостников заразили вирусным заболеванием миксоматоз, дающим тогда смертность 99%.

Поначалу результаты были отличными — за пару лет 600-милионная армия австралийских кроликов уменьшилась до 100 миллионов. Но выжившие животные передавали устойчивость к вирусу своему потомству, и эффективность этого метода борьбы упала. Однако стало полегче, и теперь кролики уже не являются столь жуткой бедой. 

Такое работает не только на кроликах. Не так давно удалось уменьшить опасность от другой биологической угрозы — одичавших кошек, уже уничтоживших не один вид местной фауны. Их численность сократило ядовитое для них средство под названием Curiosity — «Любопытство». Почему так назвали? Да от английской поговорки «Любопытство сгубило кошку».

 

Жуки-скарабеи, катающие комок навоза
Жуки-скарабеи, катающие комок навоза / wikipedia.org

 

ПОМОЩЬ ЕГИПЕТСКОГО БОЖЕСТВА

 

Еще одну беду для австралийской природы люди завезли совершенно сознательно — это был домашний скот, в основном коровы и овцы. Травы, для того чтобы прокормить огромные стада, в Австралии хватает. В чем же проблема? Да в том, что эту траву животные переваривают и покрывают австралийские поля сами понимаете, чем, да так, что там уже ничего не растет.

Что же это за почва в Австралии такая нежная? Неужто не ходят огромные стада, а в дикой природе — табуны и стаи — по степям Евразии, саваннам Америки и африканскому Вельду, и ничего такого с ними не случается, как все росло, так и растет? Представляете, какой биологический след остается там, где паслось стадо слонов! И хоть бы что, кстати.

А все очень просто! Австралийские насекомые, утилизирующие эти отходы, оказались существами маломощными. С тем небогатым биоматериалом, который оставляла им местная фауна, они справлялись, а с последствиями выпаса многотысячных стад овец — уже никак. Вот в Африке даже слоны, как мы видим, особых проблем не создают — почему же здесь такая невезуха?

Оказывается, что в Африке этот процесс проводят гораздо более высокопроизводительные утилизаторы того, что тамошняя скотина роняет, — даже на слонов хватает! Ведь именно Африка породила священных скарабеев — навозных жуков, которых еще древние египтяне считали священными. И было за что — они прекрасно убирали даже за слонами!

Это подсказало австралийским биологам простое и изящное решение. Они завезли в Австралию несколько разновидностей этих самых священных скарабеев. Климат Марокко, где они были пойманы, напоминает австралийский, и жуки сразу включились в свою полезную работу. Теперь на австралийских полях снова будет расти трава, а не то, что прежде…

Так австралийские ученые исправляют неразумные деяния предков, устанавливая биологическое равновесие, для поддержания которого не требуется огромных усилий и непомерных затрат, поскольку оно поддерживается само. Это позволяет надеяться на сохранение уникального биоразнообразия австралийской природы, ведь медлить с этим уже нельзя.

 


При копировании материалов размещайте активную ссылку на www.huxley.media
Нашли ошибку?
Выделите текст и нажмите Ctrl + Enter