БОРИС БУРДА: как кибернетика перестала быть лженаукой
Арт: Даниэль Мартин Диас / instagram.com
ВНИМАНИЕ — ВОПРОС!
В предисловии к «Туманности Андромеды» Ивана Ефремова 1965 года издания говорится: «Слова «кибернетика» и «ген» перекочевали на страницы журнала «Техника — молодежи» со страниц…» Какого журнала?
ВНИМАНИЕ — ПРАВИЛЬНЫЙ ОТВЕТ!
«Крокодила», конечно, — где же еще писать о лженауках?
ОТКУДА СЛОВО
Сходные с этим слова есть и в древнегреческом, и в латыни. Руль по-латыни — губернакулум, тот, кто им правит, рулевой по-нашему — ясное дело, губернатор (мы-то такое думали, а губернатор на самом деле разве что чуть старше обычного матроса). А в Элладе мастерски управляющего колесницей могли назвать словом «кибернетикос» — смысл тот же. Платон нарек кибернетикой искусство управления государством, которому, как и кораблю, нужен верный курс. А 200 лет назад француз Ампер в своей классификации наук оставил место науке о верном управлении, которую тоже предложил именовать кибернетикой (назовешь что-то по-гречески — сразу станет ясно, что наука!). Следующий шаг в использовании этого слова сделал гениальный ребенок, не зря назвавший свои мемуары «Бывший вундеркинд». В полтора года он знал все буквы, в три — читал вслух на английском, в пять — на греческом и латыни… Статья о нем в New York World 1906 года скромно называлась «Самый выдающийся мальчик в мире». В 14 лет он стал бакалавром престижного Колледжа Тафтса, в 18 (никакой опечатки!) — доктором философии Гарварда. На Первую мировую его не взяли по зрению, во время Второй он поступил разумнее — всю войну занимался научными аспектами управления зенитным огнем. Результатом его трудов стала книга о новой науке — кибернетике.
И ЗА ЧТО ЕЕ?
Книга вышла в 1948 году, и это время оказалось крайне мало подходящим для становления и восприятия новой науки в СССР. Именно в этом году прошла печально знаменитая сессия ВАСХНИЛ, на которой устроили погром генетики. Но генетика в СССР хотя бы была — было что громить, а откуда война с кибернетикой, которая только появилась? Связанная в нашем сознании с науками о компьютерах, деле очень нужном, причем военным чуть ли не больше, чем гражданским, кибернетика вроде бы должна была максимально приветствоваться и лихорадочно развиваться. А тут вот, пожалуйста, — нашли враждебную идеологию. Впрочем, куда СССР без нее, враждебной идеологии? Как тогда бывало, удушение кибернетики началось со статьи не в научном журнале, а в не имеющей отношения к науке «Литературной газете» — случилось это 5 апреля 1952 года.
Называлась статья так: «Кибернетика — наука мракобесов». Автора знаю, но называть не собираюсь — не заслужил, геростратов не зовут никак. За ней появились другие… Интересна сама подборка клеймителей кибернетики. Бывший поэт-конструктивист, один из авторов одиозной книги о Беломорканале. Лауреат Сталинской премии за организацию производства оружия, разведчик на пенсии. Врач-психиатр, активный борец с генетикой, докторскую не защитил, псевдоним — Материалист. Орлы… Таких ключевых статей было даже не так много — они просто объявили о государственной политике в этом вопросе не потому, что были какие-то советские кибернетики, с которыми боролись, а для поддержания общей атмосферы страха и послушания. Если идеология не стращает, зачем она вообще? Чтобы все сидели тихо…
ИДЕАЛИСТЫ, ИНОПЛАНЕТЯНЕ, ИЗВРАЩЕНЦЫ…
А какие, собственно, выдвигались обвинения против кибернетики? Чем она конкретно нехороша? Попробую объяснить цитатами из этих статей. Вот, например, такая: «Империалисты мечтают о таком положении, когда никто не будет угрожать их господству. Роботы, только роботы их устраивают». Автор — вышеупомянутый Материалист. А это выдержки из статьи «Философского словаря» 1954 года «Реакционная лженаука»: «Отрицает качественное своеобразие закономерностей различных форм существования и развития материи… ярко выражает одну из основных черт буржуазного мировоззрения — его бесчеловечность». И такого — на две страницы… Вот это чуть конкретнее: «Поджигатели новой мировой войны используют кибернетику в своих грязных практических делах», «…является… идеологическим оружием реакции, средством осуществления ее агрессивных военных планов».
Замените слово «кибернетика», скажем, на «артиллерия» и запретите ее! Были и глобальные обвинения — в подготовке порабощения людей иным разумом. А как вам обвинение в лишении людей возможности размножаться «старым привычным способом»? После этого утверждение, что кибернетики говорят о необходимости истребления большей части человечества, и не удивляет… И доказательств не ждешь. Даже интересно, кому от этой кампанейщины была реальная польза (грошовые гонорары авторам упомянутых текстов совершенно ее не окупают). К тому же СССР, например, явно один вред, причем огромный. Просто потому, что управляемая корыстными лжецами невежественная толпа не может без погромов и линчеваний? Ну разве что…
СОПРОТИВЛЕНИЕ
С кибернетикой усердствовали меньше, чем с генетикой, — то ли уверовали, что все и так само пройдет, то ли слишком мало времени было от начала этой кампании до 5 марта 1953 года… Правда, смерть Сталина сама по себе всего этого не прекратила, но что-то начало меняться. Во всяком случае, уровень нагнетаемого ужаса начал падать. Если что-то хорошее отгораживают забором, этот забор обязательно начинают исподтишка пинать — вдруг свалится… Один из крупнейших математиков мира Ляпунов и заведующий вычислительным центром МО СССР Китов провели ряд семинаров по вопросам, затрагивающим кибернетику, — даже слово вслух называли. Обошлось, не тронули… Попало в СССР и несколько экземпляров книги Винера — в спецхран, конечно, но они были. Ее даже перевели на русский — один из переводов делали с участием известного писателя и диссидента Копелева.
Неудивительно — книгу обсуждал весь научный мир, а интерес к ней в шутку прозвали «вИнерической болезнью» (к счастью, неопасной). Не все шло гладко. Того же Китова за два письма Хрущеву, в которых выдвигалась идея создания вычислительной сети, подобной Интернету (на десятилетия раньше американцев), поощрили по полной — выгнали из партии и уволили с должности. Впрочем, так ли плохо, что такого ученого выгнали из такой партии? Логика есть… А вообще, кампания против кибернетики явно велась спустя рукава — вроде даже не расстреляли никого… Возможно, потому, что партийный аппарат занимался в эти годы более насущными делами вроде борьбы за власть и просто не успевал забивать по шляпку. А без больших усилий запретить такую полезную вещь было хлопотно…
ХЭППИ-ЭНД?
В 1958 году книгу Винера просто издали на русском, и уже никто за это не пострадал. А чуть позже, в 1961-м, вышел большой сборник статей под редакцией академика Берга с примечательным названием «Кибернетику — на службу коммунизму». Ясно было, что запрет на кибернетику исчез даже теоретически и процесс гонений завершен. Кто сомневается, может увидеть кадры из фильма «Кавказская пленница» со словами: «…и принцесса от злости повесилась на собственной косе, потому что он совершенно точно сосчитал, сколько зерен в мешке, сколько капель в море. Так выпьем же за кибернетику!» Фильмы Гайдая резали беспощадно, но этого места никто не тронул. Может, это и не были такие уж страшные гонения? Не волнуйтесь, они дали свои результаты. Когда в начале 70-х единым стандартом СЭВ стали компьютеры ЕС ЭВМ (то есть уже устаревшая американская система IBM 360), это сразу определило победителя в компьютерной гонке. И по настоящий момент в этом смысле не изменилось НИЧЕГО! Вот такая зараза эти идеологические решения — и даже не потому, что идеологи заведомо глупее специалистов. Ломается сама процедура принятия решения, с уже добытыми фактами ей коррелировать и не нужно, лишь бы начальник одобрил. А ведь начальственное одобрение самого начальника крайне редко переживает…
При копировании материалов размещайте активную ссылку на www.huxley.media
Выделите текст и нажмите Ctrl + Enter
