АРХИТЕКТУРА ТЕНЕЙ: парадоксы и мифы современного украинского масонства
Photo by Jim Robinson on Unsplash
Вокруг масонов существует множество мифов, и украинские — не исключение. Но одно несомненно: масонство — чрезвычайно интересная, хотя и до сих пор малоизвестная часть нашей истории. На украинских землях оно издавна находилось на стыке геополитических векторов, имперских запретов, интеллектуальных поисков и конспирологических представлений. Если в странах Западной Европы традиция вольных каменщиков на протяжении веков постепенно институционализировалась, а часть масонских организаций сегодня демонстрирует гораздо большую публичность, то история украинского масонства напоминает подземную реку: оно исчезало под давлением запретов и репрессий, впоследствии выходило на поверхность в периоды политической либерализации и революций, а затем вновь было вынуждено уходить в тень.
ПЕРВАЯ УКРАИНСКАЯ ЛОЖА
Долгое время историю масонского движения на украинских землях связывали прежде всего с крупными культурными центрами — Киевом, Львовом и Одессой. Однако первая известная исследователям ложа возникла вовсе не в одном из будущих мегаполисов. В 1742 году польские шляхтичи основали на Волыни, в Вишневце, ложу «Трех братьев». Именно ее исследовательница истории масонства Оксана Крыжановская указывает первой в списке лож, действовавших на украинских землях в XVIII–XX веках. Вишневец ныне является поселком в Тернопольской области. Этот факт сам по себе интересен: идеи европейского масонства проникали на украинские земли не только через крупнейшие губернские центры. В течение второй половины XVIII и XIX веков ложи возникали во Львове, Киеве, Кременчуге, Житомире, Одессе и других городах.
Масоны оставили заметный след в культурной истории украинских городов. На их зданиях мы можем увидеть циркуль, угольник, лучезарную дельту, колонны или определенные геометрические пропорции. Все это действительно относится к символическому словарю масонства. Хотя, конечно, само по себе наличие таких элементов на фасаде еще не доказывает, что здание создавалось как масонский объект. Для такого вывода необходимы документы, касающиеся архитектора, заказчика или функционального назначения сооружения. Однако гораздо лучше задокументирован другой феномен: масонские ложи становились местами, где циркулировали просветительские, либеральные, республиканские и федералистские идеи, которые впоследствии сыграли заметную роль в политической жизни украинских земель.
ОТ ДЕКАБРИСТОВ ДО КОБЗАРЯ
Масонство было одним из интеллектуальных пространств, связанных с формированием тайных политических обществ первой половины XIX века. Прежде всего здесь следует упомянуть декабристов. И хотя ставить знак равенства между ними и масонами не стоит, часть будущих декабристов действительно имела масонский опыт, а организационная культура тайных обществ унаследовала отдельные элементы масонской традиции. В то же время декабристские организации преследовали уже непосредственно политические цели, которых регулярное масонство как таковое не ставило. На украинских землях действовало Южное общество декабристов, а также Общество объединенных славян. Их участники выступали против самодержавия и обсуждали различные проекты перестройки империи. Масонские ложи представляли собой центры, через которые предварительно распространялись идеи свободы, братства, конституционализма и гражданского равенства. Восстание декабристов потерпело поражение в декабре 1825 года. Однако сама традиция тайных интеллектуальных и политических объединений после этого не исчезла. И здесь возникает одна из самых интересных, но в то же время наиболее мифологизированных тем украинской истории масонства — принадлежность Тараса Шевченко к ложе.
БЫЛ ЛИ ШЕВЧЕНКО МАСОНОМ
Вокруг связей Шевченко с масонством на протяжении длительного времени высказывалось немало предположений. Можно даже встретить утверждения, что масоны якобы организовали выкуп поэта из крепостной зависимости или что сам Шевченко был масоном. Документальных подтверждений этому нет и быть не может. Нет достоверных свидетельств ни о посвящении Шевченко в масоны, ни о получении им определенного масонского градуса, поскольку масоном может быть только свободный человек. Однако имеется достаточно доказательств того, что его освобождение от крепостной зависимости в 1838 году было организованной масонской акцией. Поэтому версии о масонстве Шевченко следует рассматривать как историографические гипотезы, поскольку предпосылок для получения членства не было. Тем не менее существует другая, гораздо более интересная и лучше задокументированная связь. Шевченко был близок к среде Кирилло-Мефодиевского братства — тайного интеллектуального кружка, сформировавшегося в Киеве в конце 1845 — начале 1846 года.
Современные исследователи отмечают, что даже вопрос о формальном членстве самого Шевченко в обществе не является полностью однозначным: формальных документов о его вступлении не сохранилось, хотя его тесная мировоззренческая и личная связь с членами братства не вызывает сомнений. Среди ключевых деятелей этого кружка были Николай Костомаров, Николай Гулак, Василий Белозерский и другие представители украинской интеллигенции. Кирилло-Мефодиевское братство не было масонской ложей. Однако на него, очевидно, сильно повлияли идеи «масонского круга»: общечеловеческого братства, свободы, нравственного совершенствования человека и перестройки общества. Эти идеи формировались в обширном интеллектуальном пространстве европейского Просвещения, романтизма и христианского гуманизма, которые воплощало в себе масонство. Поэтому следует говорить не о «масонстве Шевченко», а об определенной родственной связи с масонской интеллектуальной традицией.
НЕ ТОЛЬКО «ИДЕЙНАЯ СВЯЗЬ»?
Однако связь Шевченко с масонами не стоит сводить лишь к «идейным параллелям». Мотивы борьбы против тирании, за свободу человека и народа, моральной ответственности и личного достоинства, безусловно, занимают центральное место в творчестве Кобзаря. Так же, как и у масонов, с которыми во время путешествий по Украине Шевченко общался лично. Принадлежность к масонству некоторых из них хорошо задокументирована. Самый убедительный пример — Илья Лизогуб. Академическая биография Шевченко прямо называет его участником киевской масонской ложи «Объединенных славян». Это исторический фейк. Во время пребывания в Седневе Шевченко действительно бывал в имении Лизогубов и написал портреты его владельцев — Андрея и Ильи. Еще более интересной выглядит первая поездка 1843–1844 годов.
Тарас Григорьевич чрезвычайно активно вошел в круг левобережного дворянства и интеллигенции, среди которых, разумеется, были документально подтвержденные члены масонских лож. Все они оказали определенное влияние на его взгляды. То есть Шевченко никогда не был посторонним наблюдателем в отношении масонской среды. И академическая биография подробно реконструирует этот круг его знакомств. Однако масонская ложа «Объединенных славян» действовала в Киеве с 1818 по 1822 год, после чего масонство в Российской империи было официально запрещено указом Александра I. Значит, на момент закрытия ложи в 1822 году Тарасу Шевченко, родившемуся в 1814 году, было всего 8 лет, и он был крепостным в селе на Черкащине.
МАСОНЫ И УКРАИНСКОЕ НАЦИОНАЛЬНОЕ ДВИЖЕНИЕ
В конце XIX — начале XX века масонство все теснее пересекалось с интеллигенцией, предпринимателями, землевладельцами, политиками и общественными деятелями. Многие представители меценатской элиты были масонами и активно поддерживали украинские культурные, образовательные и издательские проекты, такие как «Просвіта», Научное общество имени Шевченко и украинские периодические издания, в рамках единой скоординированной «масонской программы». В начале XX века это «пересечение» стало особенно заметным в политике. Во время Украинской революции 1917–1921 годов деятели, которых исследователи связывают с масонскими структурами, оказались в разных — порой даже враждебных — политических лагерях. Именно поэтому история украинского масонства этого периода рушит популярный конспирологический образ единого тайного центра, якобы руководившего политикой. Масоны могли быть политическими противниками друг друга. Как, например, Павел Скоропадский и Симон Петлюра (кстати, политические взгляды известного масона Михаила Грушевского на построение украинской государственности не совпадали с видением обоих).
ГЕТМАН СКОРОПАДСКИЙ И МАСОНЫ
Одной из центральных фигур этой истории был Павел Скоропадский. Источники и историография связывают не только его, но и его окружение с масонскими структурами, а среди ближайших деятелей гетманского периода были лица, чья принадлежность к масонству задокументирована гораздо лучше. В частности, Сергей Моркотун, который возглавлял капитул «Нарцисс» и готовил создание «Великой Ложи Украины — Объединенных славян». По свидетельствам историков, деятельность этой «Великой Ложи» часто оценивается как существовавшая преимущественно «на бумаге» или имевшая ограниченный организационный характер из-за бурных событий освободительных соревнований. Масонское присутствие в государственных структурах того времени действительно было значительным. «Энциклопедия современной Украины» отмечает, что в правительствах времен Гетманата масоны составляли не менее трети от числа министров.
Некоторые исследователи приводят даже более высокие цифры для отдельных периодов: историк Виктор Савченко, например, пишет, что в одном из гетманских правительств из 14 министров половина принадлежала к масонству, а в следующем — около трети. Именно поэтому утверждение о значительном влиянии масонской среды на политическую элиту того времени вполне оправдано. Но означает ли это, что Украиной тогда из единого тайного центра управляло некое «масонское правительство»? История свидетельствует, что нет. Политический конфликт между Скоропадским и Симоном Петлюрой показывает, насколько разными могли быть политические позиции, судьбы и стремления людей, связанных с масонским сообществом.
СИМОН ПЕТЛЮРА И МАСОНЫ
Особое место в истории украинского масонства занимает Симон Петлюра. Его связи с масонским движением прослеживаются гораздо отчетливее, чем, к примеру, в случае того же Тараса Шевченко. Во время революционных событий Петлюра стал одним из лидеров той части украинского масонства, которая выступила против Скоропадского. После перехода власти к Директории представители этого сообщества заняли ряд ключевых государственных постов. Среди них источники называют Владимира Чеховского, Вячеслава Прокоповича, Андрея Ливицкого и других деятелей. Это опять же демонстрирует парадокс украинского масонства: принадлежность к братству вовсе не гарантировала политического единства. После поражения Украинской революции часть масонских структур переместилась за границу. Вместе с политической эмиграцией на чужбину попали документы, ритуальные предметы и традиции украинских вольных каменщиков. Важную роль в этом процессе сыграл Симон Петлюра.
Именно он в 1919 году основал и стал Великим Магистром «Великой Ложи Украины им. Святого Андрея Первозванного» в Киеве. Впоследствии эта преемственность оказала существенное влияние на возрождение современного украинского масонства. После поражения Украинской революции и начала советской оккупации ядро организации покинуло Украину. Процесс ее эмиграционной жизни прошел несколько ключевых этапов. Сначала украинские масоны собирались в Польше (Варшава, Тарнув, Калиш), где существовала украинско-польская ложа «Единство». В 1925 году, после переезда Симона Петлюры в Париж, там был основан Верховный Совет Великой Ложи Украины, который объединил масонов-эмигрантов из Франции, Швейцарии, Польши, Румынии и Австрии. После трагического убийства Петлюры в 1926 году Великим Мастером Ложи стал известный общественный деятель Яков Котляревский.
«ГОЛОС УКРАИНЫ» В ПАРИЖЕ
17 января 1966 года под эгидой Великой Национальной Ложи Франции была основана ложа «Голос Украины» № 117. Она была украиноязычной и стала одним из важнейших центров сохранения украинской масонской традиции в эмиграции. Ее значение выходило далеко за пределы собственно ритуальной жизни. В условиях, когда в советской Украине легальная деятельность масонских лож была невозможна, парижское общество поддерживало институциональную память и преемственность традиции. Среди основателей и первых активных членов масонской ложи «Голос Украины» № 117 в Париже была известная группа украинских интеллигентов, общественных деятелей и художников в эмиграции. Они сформировали ядро ложи после работы во французских ложах «Астрея» и «Гамаюн». Именно эти люди сохранили украинские масонские традиции в Европе и впоследствии, в начале 1990-х годов, помогли вернуть их на украинскую почву.
Вот ключевые фигуры, стоявшие у истоков организации:
- Сергей Татарула (1911–1971) — первый Достойный мастер (руководитель) ложи «Голос Украины».
- Богдан Феденко (1924–1989) — известный публицист и общественный деятель, возглавлявший ложу в качестве Достойного мастера в 1967–1969 годах.
- Ярослав Мусянович (1915–1999) — активный деятель украинской диаспоры во Франции, врач, Достойный мастер ложи в 1970–1972 годах.
- Любомир-Евгений Гузар (1911–1995) — известный общественный и политический деятель, многолетний директор единственной украинской газеты в Париже «Украинское слово» (важно не путать его с религиозным лидером кардиналом Любомиром Гузаром).
- Аристид Вирста (1922–2000) и Темистокл Вирста (1923–2017) — братья, деятели искусства. Темистокл Вирста был всемирно известным украинским художником, скульптором и архитектором, который почти всю жизнь прожил во Франции; Аристид Вирста — музыковед, скрипач.
В 1990-х годах началось формирование новых украинских масонских лож, что позволило создать Дистрикт Великой Национальной Ложи Франции в Украине, а в 2005 году была создана Великая Ложа Украины. Эта дата фактически знаменует начало нового институционального этапа украинского регулярного масонства.
УКРАИНСКОЕ МАСОНСТВО СЕГОДНЯ
История украинского масонства свидетельствует, что оно никогда не существовало в вакууме. Его развитие порой зависело от терпимости политического режима и отношения государства к независимым объединениям, от войн, революций и уровня общественного доверия. Именно поэтому сегодняшняя закрытость украинских лож имеет не только ритуальное, но и историческое объяснение. Чтобы разобраться в этом, мы обратились к Сергею Сарафанюку, основателю одесского Музея современного масонства. По его мнению, низкий уровень публичности современных масонских организаций в Украине по сравнению со странами Западной Европы и Северной Америки имеет вполне конкретные причины. Во многих западных странах масонские организации в течение последних десятилетий стали значительно более открытыми: у них есть публичные сайты, они рассказывают о благотворительности, истории и принципах масонства, проводят экскурсии и информационные мероприятия. В нашей стране публичное присутствие Великой Ложи Украины значительно сдержаннее. Личные данные большинства членов не обнародуются, а публичная коммуникация преимущественно касается истории, принципов и деятельности организации. Возникает очевидный вопрос: почему украинское масонство не следует модели значительно большей открытости?
ЗАКРЫТОСТЬ И ПРЕРВАННАЯ ТРАДИЦИЯ
Один из ответов кроется в истории. С исторической точки зрения закрытость украинского масонства можно рассматривать не как доказательство существования какой-то тайной власти, а как одну из стратегий институционального самосохранения. Это становится более понятным, если сравнить украинскую ситуацию с западной. Западноевропейское масонство имеет более трех веков непрерывного институционального развития. Объединенная Великая Ложа Англии ведет свою родословную с 1717 года. Украинская традиция развивалась совершенно иначе. Имперские запреты XIX века, революции, а затем советский режим фактически разрушили возможность непрерывного существования масонских институтов на территории Украины. Вместе с организациями была прервана и живая передача традиции — ритуалов, символики, внутренней культуры и институциональной памяти. Возрождение началось лишь после распада СССР. Поэтому современное украинское масонство — парадоксальное явление: оно апеллирует к традиции, которой несколько веков, но его нынешние институты сравнительно молоды. Это во многом объясняет осторожность в отношении публичности. К тому же украинское и западноевропейское масонство существуют в разных социокультурных пространствах.
ИНФОРМАЦИОННЫЕ ВОЙНЫ И ТЕОРИЯ ЗАГОВОРА
В ряде западных обществ масонские организации сегодня воспринимаются прежде всего как исторические братства, благотворительные и общественные объединения. В то же время отношение к масонству различается в зависимости от страны, профессиональной среды и исторического контекста, поэтому говорить о едином «западном отношении» было бы упрощением. В постсоветском пространстве ситуация иная. Здесь образ масонства на протяжении десятилетий был тесно связан с конспирологией. Советская, а позже российская политическая культура активно использовала образ тайных элитарных организаций для объяснения сложных общественных процессов через деятельность скрытых сил.
Поэтому публичное признание членства в масонской ложе для политика, судьи, военного или бизнесмена в Украине может создавать репутационные и профессиональные риски. А с началом российско-украинской войны появился еще один фактор — фактор безопасности. Закрытое сообщество, к которому могут принадлежать представители бизнеса, государственной службы, военной сферы, дипломатии или интеллектуальной элиты, потенциально представляет интерес для вражеских спецслужб. По мнению Сергея Сарафанюка, чрезмерная публичность в таких условиях может создавать дополнительные возможности для информационного давления, шантажа, вербовки или дискредитационных кампаний. А разглашение информации о местах собраний во время войны создает уже не только репутационные, но и потенциальные физические риски.
СТРАТЕГИЯ «ПУБЛИЧНОСТИ БЕЗ ЛИЦ»
Степень открытости масонства никогда не была одинаковой в разных странах. Она зависела от политического режима, исторического опыта, отношения общества и уровня безопасности. Украинская модель в этом смысле представляет собой адаптацию к конкретным историческим обстоятельствам. По словам Сарафанюка, своеобразным компромиссом между полной закрытостью и необходимостью присутствовать в общественном пространстве стала стратегия, которую можно назвать «публичностью без лиц». Великая Ложа Украины располагает публичными информационными ресурсами, где можно ознакомиться с ее историей, принципами, структурой и деятельностью. В то же время персональные данные большинства членов не становятся частью публичной коммуникации. Таким образом, организация одновременно решает две противоположные задачи: демонстрирует свое существование и легальность, и при этом не превращает список своих членов в открытый реестр.
И здесь возникает главный парадокс современного украинского масонства. Чем закрытее организация, тем легче вокруг нее возникают всевозможные конспирологические мифы. Но чем больше она открывается, тем больше рисков может создавать для своих членов — особенно в военное время. Именно поэтому Сергей Сарафанюк считает, что переход к значительно более открытой модели возможен лишь при условии стабилизации ситуации с безопасностью и постепенного изменения отношения общества к масонству. Возможно, самый интересный парадокс заключается именно в этом: украинскому масонству приходится одновременно бороться и со своей невидимостью, и с последствиями той публичности, которая могла бы эту невидимость преодолеть.
При копировании материалов размещайте активную ссылку на www.huxley.media
Выделите текст и нажмите Ctrl + Enter
