ХОРОШО ЛИ БЫТЬ ГЕДОНИСТОМ: по лезвию бритвы

Иллюстрация: Sara Andreasson

По меткому выражению писателя, лауреата Нобелевской премии, Варгаса Льосы, современная цивилизация — это культ удовольствий. Практически отовсюду несутся призывы — «Наслаждайся!» — от массового кинематографа и популярной музыки, от индустрии компьютерных игр и бизнес-коучей.

Приходят на ум прямые аналогии с идеями гедонизма. Конечно же, в первом приближении, гедонизм является учением о приоритете наслаждения над всеми иными аспектами человеческого бытия. Однако остается открытым вопрос — что такое наслаждение?

НАСЛАЖДЕНИЯ ДЛЯ ЭЛЛИНСКИХ ФИЛОСОФОВ

сли взглянуть на этот вопрос ретроспективно, то гедонизм, возникший еще в эллинской античности (речь о киренской школе, об Аристиппе и Эпикуре) действительно утверждал, что наслаждение — главный ориентир человеческой жизни. Однако важны нюансы.

Наслаждения для эллинских философов — отнюдь не удовлетворение грубо-телесных, чувственных потребностей. Они говорят о наслаждении высшего порядка, а именно — приоритете самобытности индивида над обезличивающим обществом и ценности высшего наслаждения — то есть особого состояния мудрости и равновесности в душе, которое Эпикур называл атараксией — безмятежностью.

ЭТИКА РЕНЕССАНСКИХ МЫСЛИТЕЛЕЙ

Более того, ренессансные мыслители, такие как Бруно, Пико делла Мирандола и Марсилио Фичино, утверждали, что высшие наслаждения — духовные и эстетические — являются основой для этики, поскольку создают в душе человека непосредственное переживание высших духовных состояний, которое и есть подлинное благо. Добро вырастает из высшего наслаждения, является его плодом.

Лишь пережив серьезнейший упадок мышления и культуры, наслаждение стало трактоваться исключительно как чувственное, вернее, физиологическое удовольствие и (или) как эмоции низшего ранга, связанные с тем, что английский писатель Терри Пратчетт назвал «статусом обезьяны», то есть, с желанием доминирования над другими и обретением статусного превосходства. Не случайно, уже достаточно давно, альфа-самцы и самки из разряда зоологии переместились в человеческое общество, да еще и стали синонимом успеха!

ВЫСШИЕ СМЫСЛЫ БУДДИЗМА

Я хочу напомнить, что совершенно неслучайно Будда Шакьямуни назвал такие вот статусные игры и чувственные удовольствия — страданием. Страданием потому, что подобные цели вызывают состояние привязанности и зависимости (подобной наркотической). Они лишают человека воли и превращают в марионетку.

А главное — все эти наслаждения оказываются нестойкими и сиюминутными, по буддийскому сравнению — пузырями на воде. Потому то, привязанность к подобного рода наслаждению, в итоге ведет лишь к нескончаемому страданию — не в силах осознать призрачность грубо-чувственных наслаждений, человек пытается найти в них опору и каждый раз испытывает крушение своих ожиданий, но вопреки всему, снова продолжает к ним стремиться, вовлекаясь в бессмысленный круговорот, и напоминая пресловутую белку в колесе.

Парадоксально, насколько в своем ослеплении современный человек упрямо стремится именно к разрушительному, ядовитому наслаждению (вот вам еще буддийский образ — обезьяна, слизывающая мед с бритвы) и напрочь игнорирует те высшие наслаждения, которые не являются призрачными, которые поддерживают в человеке те душевные и духовные состояния, которые способны стать действительно опорой в жизни, которые даруют высшие смыслы, освобождая, тем самым, от главного страха — страха небытия, страха смерти.

Партиты Баха и живопись Ци Байши намного реальней, ярче и сильнее как наслаждение, нежели смакование фуа-гра или отдых на престижном курорте где-нибудь на Бали. Об этом говорят даже исследования нейрофизиологов:

Высшие наслаждения вызывают выброс в кровь эндорфинов — гормонов радости, в то время как наслаждения грубо-физиологические способствуют лишь всплеску адреналина (который в долговременной перспективе крайне неполезен для организма)

При копировании материалов размещайте активную ссылку на www.huxley.media