РАЗОБЛАЧЕНИЯ В НАУКЕ: вейсманизм-менделизм-морганизм, и как с ним боролись

Арт-оформление: huxley.media via Photoshop по мотивам картины Рене Магритта «Портрет Стефи Ланги», 1961

КАТАСТРОФА В БИОЛОГИИ

Советская наука вносила определенный вклад в науку мировую. В списке нобелиатов было шесть советских физиков, два химика, три литератора (без эмигрантов Бунина и Бродского), два лауреата премии мира и даже экономист. А вот в разделе «Физиология и медицина» — никого! Науки, как-то связанные с биологией, в СССР находились в жалком состоянии. Достаточно вспомнить разрыв в урожае самой массовой культуры — пшеницы — между СССР и Европой: в 50-е годы — в полтора раза, а в 70-е дошло до трех раз! Сам помню неурожай 1962 года — несъедобный хлеб «Забайкальский» с кукурузой и горохом, по 15 копеек буханка во всех булочных, а другой хлеб — редко-редко, и в очередях за ним стояли по часу! Более позднее эмбарго США на зерно привело почти к полному исчезновению мяса на прилавках. Что было дальше — все знают. И многим из этих чудес, приведших к тому, что с СССР было покончено без всякого грозного оружия, наука обязана одному-единственному человеку — Трофиму Денисовичу Лысенко (1898–1976), академику АН СССР, АН УССР и ВАСХНИЛ, лауреату трех Сталинских премий 1-й степени.

НАЧАЛО КАРЬЕРЫ

Он родился в Полтавской области, в селе Карловка, в обычной крестьянской семье. Юность пришлась на послереволюционные годы, когда крестьянское происхождение было не минусом, а плюсом для возможности получить образование и продвинуться по службе. В 1921 году Трофим окончил училище садоводства в Умани, в 1925-м — Киевский сельскохозяйственный институт, а затем отправился работать на селекционную станцию в азербайджанском городе Гянджа.

Современный ученый пишет: «Первым заданием Лысенко было исследовать возможность выращивания бобовых покровных культур для обеспечения домашних животных кормом и получения зеленого удобрения. Зима 1925–1926 годов была мягкой, и горох Лысенко выжил. Официально командированный журналист написал передовую статью в «Правде», которая хвалила достижения этого умеренно образованного крестьянина и сильно преувеличила результаты проекта».

Что же это выходит — одна суровая зима могла бы избавить советскую биологию от кошмара? Не так-то все просто — Лысенко действительно был человеком одаренным, главным образом талантливым оратором и, как сейчас бы сказали, пиарщиком. Любой свой незначительный успех он широко освещал в прессе, а в личной беседе с власть имущими ему чаще всего удавалось убедить их в своей непогрешимости. Так и получилось с последовавшим вскоре его нашумевшим новшеством — яровизацией.

ЯРОВИЗАЦИЯ

Популярные познавательные книги, одну из которых в детстве читал и я, начинают рассказ о яровизации с того, что отец Лысенко Денис Никанорович посеял весной не яровую, а озимую пшеницу, которую, вообще говоря, сеют осенью. Для этого он выдержал ее в холодном и сыром месте. Возникает естественный вопрос: для чего? Может быть, он прятал зерно от проводимого тогда раскулачивания? Вполне возможно… Но факт, что пшеница выросла и дала урожай. Работает ли яровизация? Да, она применяется иногда и сейчас, но к заметным прибавкам урожая не приводит. Ее начали активно внедрять: в 1935 году яровизированные посевы занимали 2,1 млн га, в 1937-м — 8,9 млн га, в 1940-м — 14 млн га (при общей площади 105,4 млн га). В начале 30-х годов работу Лысенко поддержал и академик Николай Вавилов, который считал полезным возможность яровизации сдвигать сроки вегетации растений, что могло помочь при селекции новых сортов и уходе от суровых зим.

А Лысенко активно пиарил результаты яровизации, издавая для этого даже специальный журнал. Но внедрение яровизации стало тормозиться по простой причине — прибавки урожая она практически не давала, требовала больших трудозатрат при подготовке зерна, двойной нормы высева, чтобы компенсировать повреждение зерен, кроме того, возрастал риск заражения хлеба опаснейшим грибковым заболеванием «твердая головня»… Еще в 1935 году академик Константинов исследовал значительный массив данных по урожайности и пришел к выводу, что прибавка урожая составляет аж 4 килограмма на гектар (Лысенко считал, что она в 20 раз больше — тоже не шедевр…). Но пресса по-прежнему восхваляла яровизацию как выдающееся достижение советской науки.

МИЧУРИНСКАЯ АГРОБИОЛОГИЯ

А Лысенко к тому времени даже изобрел новую науку — агробиологию. Точнее, «мичуринскую агробиологию» — он решил подкрепить свои усилия именем Мичурина — успешного селекционера, известного во всем мире. Это было очень удобно, потому что Мичурин скончался и никак не мог ему возражать. Да, Мичурин говорил о роли «воспитания», то есть приучения растения к новым условиям среды. Это как-то совпадает с теориями Лысенко. Но они никогда не общались, совместной работы не вели — просто имя Мичурина использовалось как рекламный ход, уж в этом-то Лысенко был большим мастером. Сейчас теорию Лысенко определяют как «механоламаркизм» — подобные взгляды излагал французский естествоиспытатель Жан Батист Ламарк. Согласно его теориям последствия упражнения или неупражнения неких органов могут передаваться по наследству — к примеру, жираф постоянно тянулся за высоко растущими ветвями и сам стал высоким. Как и почему какие-либо свойства наследуются, Ламарк толком не объяснил, а Лысенко это и не требовалось — ведь сам Сталин был в определенном смысле ламаркистом, имеющим свои теории о воспитании нового человека.

Согласно Лысенко превращения одних организмов в другие под действием внешних факторов — явление очень частое. Пшеница может под влиянием внешних условий перерождаться в рожь. Сорняк овсюг — не отдельное растение, просто в него при плохих условиях перерождается овес. Маленькая птичка пеночка одного из своих птенцов кормит лучше других, и он перерождается в кукушку. А его сторонники подробно рассказали о том, как сосна перерождается в ель. Это на самом деле так? Ни в коем случае — просто порой сеют пшеницу, загрязненную рожью, и в холода пшеница вымерзает, а рожь нет. Если не бороться с сорняками, овес зарастает овсюгом — без всяких перерождений. А с кукушкой вообще смешно — даже маленькие дети знают, что кукушка просто подкидывает в гнездо пеночки свое яйцо. Но это волновало Лысенко гораздо меньше, чем мнение партийных идеологов, которым он обещал многократный рост урожая, а когда этого не происходило — давал новые красивые обещания. 

Международный конкурс рассказов «ОДЕСССИАДА»

ВЕЙСМАНИЗМ-МЕНДЕЛИЗМ-МОРГАНИЗМ

Теорию наследственности, достаточно давно выдвинутую Грегором Менделем, он категорически отрицал. Работы не только Менделя, но и основателя хромосомной теории наследственности Моргана он объявил «буржуазными», «реакционными» и «идеалистическими», а на печально знаменитой сессии ВАСХНИЛ 1948 года даже произнес вошедшую в историю фразу: «Генетика — продажная девка империализма». Опыт Вейсмана, отрубавшего хвосты 20 поколениям мышей, которые продолжали рождаться с хвостами, он отвергал, ссылаясь на то, что мыши не являются сельскохозяйственными животными (ну да, они же плохо доятся, яиц вообще не несут, а мяса от них мало), так что это вообще буржуазный идеализм, мешающий советским ученым добиваться больших надоев и урожаев. А Лысенко объединил осуждение этих ученых во фразе «вейсманизм-менделизм-морганизм», которая стала ужасающим клеймом для обреченных минимум на увольнение. Кстати, академик Капица счел опыты Вейсмана излишними, потому что евреи продолжают рождаться необрезанными, а женщины — девственницами…

ГИБЕЛЬ ВАВИЛОВА

Нашлось достаточно много ученых, которые стали возражать Лысенко. Переменил мнение о Лысенко и Вавилов, в результате чего сторонники Лысенко, перефразируя высказывание Катона о Карфагене, выработали призыв «Вавилон должен быть разрушен». Эту фразу приписывают главному идеологу Лысенко Исааку Презенту, а под Вавилоном имели в виду ВИР, Всероссийский институт растениеводства, которым руководил Вавилов. 21 октября 1939 года Вавилов в последний раз говорил со Сталиным. Тот назвал его «гражданин Вавилов» и ехидно спросил, будет ли он заниматься разными «ботаническими финтифлюшками» вместо повышения урожаев? Вавилов пытался рассказать о работе ВИР, но Сталин, не предложивший ему сесть, быстро окончил беседу словами: «У вас все, гражданин Вавилов? Идите. Вы свободны». Как показал опыт — ненадолго. 6 июня 1940 года Вавилов был арестован, причем в постановлении на арест было прямо сказано, что он повинен в борьбе против Лысенко. Его долго мучили во время крайне пристрастного следствия и 9 июля 1941 года приговорили к расстрелу. 23 июля 1942 года расстрел заменили 20 годами лагерей, а 26 января 1943 года он умер в тюремной больнице. В 1985 году академик Эфроимсон, сам дважды отсидевший в лагерях, сказал о Вавилове: «Он не погиб. Он — сдох! Сдох как собака. Сдох он от пеллагры — это такая болезнь, которая вызывается абсолютным, запредельным истощением». 

СЕССИЯ ВАСХНИЛ

Но еще оставалось много ученых, возмущенных лженаучными теориями Лысенко, грубо противоречащими фактам. Они нашли ход к Юрию Жданову, сыну члена политбюро Андрея Жданова, завсектором науки отдела пропаганды и агитации ЦК, и 18 апреля 1948 года он сделал доклад в Политехническом музее, в котором усомнился в достижениях Лысенко. Это было для Лысенко настоящей опасностью, и он написал развернутые жалобы Сталину и отцу Юрия Жданова, употребив весь свой главный талант — не ученого, а пиарщика и пропагандиста. Уже 31 мая Сталин выступил в защиту Лысенко и резко обругал обоих Ждановых. Лысенко решил, что самое время нанести решающий удар. В глубокой тайне, не сообщив даже президенту АН СССР Сергею Вавилову (брату Николая), он и его сторонники начали готовить сессию ВАСХНИЛ. 15 июля Совмин решил ввести в состав ВАСХНИЛ 35 новых членов — сторонников Лысенко, чтобы добиться уверенного большинства в голосовании.

А 31 июля — 7 августа прошла эта сессия ВАСХНИЛ, превратившаяся в погром генетики. Весь ход обсуждения определила фраза в докладе Лысенко о том, что партия его линию одобрила. После этих слов многие сторонники генетики, понимающие, где живут, громко покаялись, некоторые отказались это сделать, за что и поплатились. Уже 23 августа министр высшего образования издал приказ, в котором велел укрепить преподавание «агробиологами-мичуринцами», оппонентов Лысенко начали массово увольнять (хорошо хоть не расстреливали, как в конце 30-х). Подобные погромы понравились, их устроили и в сфере геологии, и физиологии, и в нефтегазовой промышленности. А вот с физикой не получилось — Курчатов объяснил Берии, что в случае запрета буржуазного ученого Эйнштейна об атомной бомбе можно забыть.

КОНЕЦ ЛЖЕУЧЕНИЯ

Но время шло, умер Сталин, Хрущев продолжал почитать Лысенко, однако противники «народного академика» стали бояться меньше. В 1955 году появилась серия писем в Президиум ЦК КПСС и еще в ряд учреждений (их называли «письмом трехсот») об огромном вреде, который причиняет монополия Лысенко. Хрущев поначалу назвал это письмо «возмутительным», но министр высшего и среднего специального образования Столетов уговорил его начать по этому письму широкую дискуссию. Итоги дискуссии оказались для Лысенко катастрофическими. Его лишили поста президента ВАСХНИЛ, отправили заведовать научной базой АН СССР «Горки Ленинские». Он по-прежнему пользовался уважением Хрущева, обещав ему неслыханные вещи — рост урожая от посева ветвистой пшеницы и повышение жирности молока, для чего он кормил коров отходами какао-бобов с производства шоколада. Никакого толка от его работ не было, и в 1976 году он благополучно скончался — не изгнанный, не репрессированный, не расстрелянный. Не все его оппоненты могли бы этим похвастаться… Главное, что можно извлечь из этой печальной истории, — давнее предупреждение баснописца Крылова: «Беда, коль пироги начнет печи сапожник, а сапоги тачать пирожник». Когда политик лезет в науку, не являясь ученым, он непременно наломает дров. Подобные Лысенко блестящие пиарщики и никакие ученые умеют ждать и выпрыгнут из тьмы, как только учуют запах такой возможности. И это вполне реально. Будьте бдительны!

ЛИТЕРАТУРА

• Ж. А. Медведев. Взлет и падение Лысенко. М., «Книга», 1993, 348 с.
• А. Ф. Любищев. О монополии Т. Д. Лысенко в биологии. М., «Памятники исторической мысли», 2006, 520 с. 

При копировании материалов размещайте активную ссылку на www.huxley.media