АХ, ЛЮБОВЬ: искренняя фанатичка и расчетливый ловкач

Арт-оформление: huxley.media via Photoshop

ПРОЗВИЩЕ КОРОЛЯ ЭНРИКЕ

середине XV века ситуация на Пиренейском полуострове была, как всегда, непростой. Наварра на севере полуострова, Португалия на западе, Арагон на востоке, Кастилия посередке, а на юге — мусульманский эмират Гранада. Хорошо бы объединиться против последних на полуострове мавров, но как? Силой не выходит — может, получится династический брак?

А в крупнейшем королевстве, Кастилии, как раз возникают сложности. После 13 лет бесплодного брака король Энрике разводится с супругой. Комиссия самого римского папы разбирает вопрос и выносит решение, которое никого напрямую не обижает, — супружеские обязанности 13 лет не исполнялись и королева осталась невинной девой, которую в Риме взяли бы в весталки, потому что на супругов наложили заклятье (сейчас сказали бы «психологический блок», имея в виду абсолютно то же самое).

Король вступил в новый брак с Жуаной Португальской, но брачная ночь опять не удалась. Правда, через семь лет королева родила дочку Хуану, но все называли ее исключительно Бельтранеха, потому что в свите королевы был весьма уважаемый ею дворянин по имени Бельтран де ла Куэва, и о степени уважения королевы говорили разное…

Вскоре Жуана родила еще и двойню от племянника епископа Фонсеки, после чего король с ней развелся, а заодно объявил незаконной и Бельтранеху, попутно огребя от народа прозвище Энрике Бессильный (по-испански это звучит даже красивей — Энрике Эль Импотенте).

КОРОЛЕВСКИЙ БРАК

К кому же перейдет кастильский престол? У короля имеется младший брат Альфонсо, но он по непонятной причине умирает. Есть еще сестра Изабелла, а в христианских королевствах, в отличие от их мусульманских соседей, передача престола женщине не очень поощряется, хотя и считается возможной. В итоге Энрике объявляет сестру наследницей, при условии, что перед замужеством она прислушается к нему при выборе жениха.

Кстати, жениха он уже присмотрел — Афонсу Португальского, брата отвергнутой Жуаны и дядю незаконнорожденной Бельтранехи. Но Изабеллу он категорически не устраивает. То ли дело сын короля Арагона Фернандо! И неважно, что еще до совершеннолетия он завел двух незаконных детей.

Напомню, что в те времена единственным способом познакомиться с возможным мужем было созерцание его портретов. Может, портрет Фернандо рисовал один из предков великого Диего Веласкеса, а портрет Афонсу — предок не менее великого Пабло Пикассо?

Начались переговоры, которые проходили прекрасно во всем, кроме одной маленькой детали — король Энрике о них представления не имел! И явно бы одобрил не раньше, чем во всех кастильских поселениях волки возлегли бы на главной площади рядом с ягнятами. Но Изабелла упорно стояла на своем.

Была еще одна помеха — практически все дворяне полуострова состояли в родстве. Фернандо и Изабелла не были исключением — значит, на брак требовалось еще и разрешение папы римского, который в таких случаях его давал, но непременно в обмен на подачки и уступки.

Однако они все-таки ухитрились пожениться, причем при обстоятельствах, напоминающих сюжет Лопе де Веги. Фернандо из Арагона и Изабелла из Кастилии пробрались в Вальядолид под покровом тайны, переодетые купцами, чтобы никто, упаси боже, а прежде всего король Энрике, ничего не знал…

Разрешение от папы у них было, но написанное и подписанное без всякого ведома понтифика — времени нет, согласуем потом, папа добрый, он простит, особенно если мы заплатим. Много вы видели таких королевских свадеб?

ДНЕЙ ФЕРДИНАНДОВЫХ ПРЕКРАСНОЕ НАЧАЛО

Естественно, Энрике лишил Изабеллу права унаследовать престол, поклялся, что Бельтранеха абсолютно законна, и выдал ее за Афонсу, родного дядю, чтобы передать ему короны Португалии и Кастилии. Можно сказать, сам себя уличил во лжи и клевете… Но кастильских дворян это совершенно не устроило, и практически все они стали на сторону Изабеллы.

Что было делать бедному Энрике, действительно оказавшемуся Бессильным, Эль Импотенте, да еще и в делах поважнее постельных? Только одно — и он умирает в 1475 году, а через 4 года уходит в лучший мир папочка дона Фернандо Хуан II, после чего препятствий к переходу Кастилии и Арагона под общую власть супругов не остается.

Совместное царствование начинается довольно успешно. Супруги не ссорятся, действуют заодно, говорят мало, рассуждают разумно. Почти сразу же они находят управу на одну из основных бед обоих королевств — разбой на дорогах, творимый не только откровенными бандитами, но и рыцарями-разбойниками, считающими такие пакости своим священным правом.

Для этого они задействуют Святое Братство, Санта Эрмандаду — нечто вроде тогдашней ДНД, борющейся со всеми этими безобразиями в свободное от работы время, практически без толку.

Дон Фернандо понял, что эта сила, которую никто не контролирует, может стать его собственной! Он подкинул Братству деньжат и полномочий, распространил на Арагон эту кастильскую структуру, стал лично ею руководить — и дороги в обоих королевствах стали не так опасны, торговля упростилась, доходов прибавилось, а главное — появилась реальная управа на заносчивых идальго, вообразивших черт-те что о своих феодальных правах.

Международный конкурс рассказов «ОДЕСССИАДА»

ВЕЛИКИЕ СВЕРШЕНИЯ

Народ доволен — жизнь налаживается, в кошельках позвякивают денежки, и меньше шансов, что их отберут и погонят с протянутой рукой на паперть или с навахой на большую дорогу. Монархи нравятся подданным даже внешне. Дон Фернандо вполне благообразен и имеет успех у дам (ходят слухи, что он этим охотно пользуется, но потихоньку, без скандалов).

Правда, поговаривают, что после его рукопожатия люди пересчитывают пальцы, но политес он блюдет, всегда спокоен и корректен. Изабелла несколько более эмоциональна, может и воинственную речь произнести, и лично верхом во главе войска скакать, но тоже без эксцессов. 

Вполне образованная, она способна часами разбирать государственные дела с канцеляристами, и на личном фронте вроде никаких жалоб — пятеро деток (сын и четыре дочки), а третья, Хуана, — красавица, умница и вообще прелесть. Однако брак близкородственный — с папой-то они договорились, и он их липовое разрешение подтвердил, но неизвестной тогда науке генетике папа не указ…

Окрепшие соединенные королевства почувствовали себя в силах закончить Реконкисту, завоевав Гранаду. В этом им помогла давняя особенность победителей в войнах — усваивать пороки побежденных. Последний вестготский король Родриго был узурпатором, тираном и, если верить популярным балладам, еще и насильником.

В итоге он доигрался до того, что немалая часть его дворян охотно сотрудничала с арабами, чтобы его свергнуть (он ведь сверг своего предшественника Витицу!). Достаточно врагов было и у последнего эмира Гранады Боабдиля, свергнувшего собственного отца и воевавшего не только с испанцами, но и с родным братом. В итоге Гранада пала, а живущим там нехристианам обещана была свобода вероисповедания. Сдержат ли это обещание?

В том же 1492 году произошла не только капитуляция Гранады — гораздо более важную капитуляцию (так тогда называли еще и договоры) Фердинанд и Изабелла заключили с каким-то купцом-генуэзцем. Он придерживался ощутимо пахнущей костром идеи, что Земля, видите ли, круглая, и если плыть все время на запад, доберешься до богатой Индии не хуже, чем если поплывешь на восток.

Торговались семь лет — этот Кристобаль Колон требовал в случае удачи титулы вице-короля и Адмирала Моря-Океана. Конечно, можно было пообещать, а потом ни черта не дать, как в итоге и получилось, но было похоже, что и тратиться не стоит.

Осмотрительный дон Фернандо не дал бы ему ни мараведи, но его романтичная супруга решила рискнуть и пригрозила мужу, что заложит свои драгоценности, а денег на экспедицию даст, и тот решил не связываться.

Экспедиция закончилась неслыханным успехом, ее участники привезли в Европу массу новшеств, от какао и красного перца до сифилиса и табака, а лет через пятьдесят в Испанию с этих новых земель хлынули настоящие потоки золота и серебра, и стало понятно, что это открытие оказалось эпохальным не только для Кастилии и Арагона, но и для всей цивилизации.

БЕЗУМНЫЕ РЕШЕНИЯ

Но ухудшились отношения внутри правящей четы — дон Фернандо ведет себя, как типичный испанский мачо, едва успевает признавать своих незаконных дочек, даже не удосуживаясь придумывать им новые имена: минимум две из них зовутся Мариями.

А Изабелла блюдет супружескую верность идеально, никаких романов с кем угодно, даже персонально с Колумбом, ей и сейчас не смеет приписать ни один желтый писака, но современники замечают, что королева становится грустной и тревожной, да и любимая доченька Хуана слишком меланхолична. В общем, дела плохи, разве что неясно, по кому это ударит больнее всего…

Удар обрушился на величайшее благо полуострова — межконфессиональный мир. Раньше Испания была в этом плане аномально благополучна — проживающие там христиане, мусульмане и иудеи, разумеется, считали, что веруют правильно только они, но другие тоже люди, и с ними можно вести дела. Однако Изабелла столь истово веровала, что препоручила борьбу за правоту католиков жуткой организации, называемой «святейшая инквизиция».

Маврам и иудеям Гранады, как вы помните, обещали не ущемлять их веру, но блюсти это обещание и не подумали: надо ведь души спасать! Спасали, как умели, обычно милостивым наказанием без пролития крови, то есть сожжением на костре.

Плохо помогало и крещение: крестившихся евреев и мавров все равно лишали многих прав, подозревали в неискренности и могли потащить на костер даже за то, что те в субботу надели чистое белье — мол, так они шаббат отмечают…

Несогласных креститься выгоняли из страны — Колумб отплыл не из Севильи или Кадиса, а из захолустного Палоса, который через 500 лет вообще тиной затянуло, и в точности повторить в честь полутысячелетнего юбилея Колумбово плаванье оказалось физически невозможно.

Большие порты были забиты кораблями отплывающих в изгнание иудеев и мавров, обогативших своими трудами и знаниями враждебную Турцию. А турецкий султан Амурат, потирая руки, ехидничал насчет глупого короля Фернандо, который разорил свое государство, чтобы облагодетельствовать Турцию. Но Изабелла верила, что она спасает страну, а дон Фернандо не видел причин ссориться с супругой.

ПЕЧАЛЬНЫЙ КОНЕЦ

Искренняя вера королевы все равно не могла ей запретить хотя бы почувствовать омерзительность ее позиции, не ставящей ни в грош ее же слово. Видит она и истинное поведение любимого супруга, но слова ему не молвит — просто отмалчивается и ведет себя все более нервно и скованно. Это не говоря о том, что все хуже дела с любимой дочерью… Покинув этот мир в 1504 году, Изабелла явно уходила с ожиданием ужасных бедствий.

И действительно, несчастная донья Хуана, очень любящая своего мужа, герцога Филиппа Австрийского, не перенесла его внезапной смерти, и ее поразило безумие. Она ревновала покойника, запретив женщинам приближаться к его гробу и потребовав немедленно покинуть женский монастырь, в котором без ее ведома похоронная процессия попросила ночлега.

Питалась Хуана только хлебом и сыром, который подкладывали ей под двери, ибо она не желала есть на людях. Так она прожила до 76 лет. По воле ее сына, будущего императора не только Испанской, но и Священной Римской империи Карла V, ее практически никто не видел. Как погребенную заживо…

А дон Фернандо после смерти супруги женился на дочери наваррского виконта ровно втрое моложе себя, интриговал, воевал в Италии, дурачил союзников, как хотел, и своим величайшим деянием явно считал не Гранаду и открытие Америки, а захват французского Руссильона, который все равно пришлось вернуть.

При таком красивом начале царствования, романтическом путешествии к алтарю инкогнито и явно всепоглощающей страсти — даже стыдно как-то… Жалко искренне влюбленную Изабеллу, но если задуматься о том, что сотворила с Испанией учрежденная ею инквизиция, — жалость улетучивается. Она получила то, что заслужила, да и то с огромной скидкой.

При копировании материалов размещайте активную ссылку на www.huxley.media